Religiosum locum unusquisque sua voluntate facit dum mortuum infert in locum suum, in communem autem locum puruminvito aocio inferre non licet, in commune vero sepulchrum etiam invitis caeteris licet ini'erre. Inst. § 9 de reb. divis. [Каждый, кто хоронит мертвых на принадлежащем ему месте, сам превращает его в святое; погребать же мертвых и общих гробницах, даже при возражении со стороны других, разрешается. При согласии владельца можно хоронить и на чужих местах. Место считается святым и в том случае, когда разрешение получено, после того как похоронен мертвый. Закон 6, § 4. Декрет о вещах, посвященных богу.
Каждый, кто хоронит мертвых на принадлежащем ему месте, сам делает это место святым. Хоронить же на незанятом общественном месте против воли сограждан не разрешается, но хоронить в общей гробнице, даже при возражении со стороны других, разрешается. Положение, § 9. О вещах, посвященных богу.]}; и такими у них почитались гробы и украшения надгробные (монументы) {Чем разнствовал гроб от монумента, то довольно изъясняется в приложенном здесь законе: Monumentum generaliter res est memoriae causa in posterum prodita: in qua si corpus vel relir quiae inferantur, fiet sepulchrum. Si vero nihil eorum inferatur, erit monumentum memoriae causa factum, quod Graeci Κενοτάφιον id est inanc sepulchrum apellant. L. 42. D. do religios. [Монумент вообще есть предмет, предназначенный для памяти на будущие времена; он становится гробницей, если в нем хоронят тело или останки. Если же в нем никто не хоронится, он будет памятником, воздвигнутым для памяти, который греки называют кенотафием, т. е. пустой гробницей. Зак. 42. Декрет о религ.]}, созидаемые в память мертвых и посвящаемые и покровительство преисподним богам (dus manihiis, vol dus inferis [божественные души или божественные подземные души]). При созидании таких и намыть мертвым вещей римлян суеверие и тщеславие выходило за предел. Рождение у них и смерть были два обстоятельства, которые съедали их сокровища; суеверие и многобожие тревожило их души безмерно в обоих сих обстоятельствах, и римляне своим житием доказали, что скорее им тогда совокупно всем можно было сделаться повелителями вселенныя, нежели в роскошном общество обладателями сильными своих страстей. Оставшиеся потомкам великолепные их гробы и огромные украшении оных были посвящаемы с великим иждивением мертвых теням, по требующим ничего; и от такого приносимого живыми и по ощущаемого мертвыми благоговения родился у римлян повсеместный закон признавать неодушевленные камни и прах принадлежащими к услаждению и покровительству невидимых преисподних существ. Их гробы и места погребательные действительно были посвящаемы богам преисподним, равномерно как и другие вещи посвящались существам, невидимым другим, что самое довольно можно видеть из их надписей надгробных {Обыкновение было у римлян посвящать и надписывать свои гробы богам преисподним одними только начальными литерами, чему примером здесь может служить одна надпись, взятая из древностей римских; D. M. vel D. M. S. id est: Dis Manibus Sacrum: vel Dis Inferis Manibus Sacrum; смотри Гейнекция Antiqu. Roman, ad inst. Iib. 2.tit. 1. p. 424,425,426,427 et sic porro. [D. M. или D. M. S. обозначает посвященное божественным душам или посвященное подземным божественным душам, см. Гейнекций, Римские древности. Руководство, книга 2, глава I, стр. 424, 425, 426, 427 и след.]}. Что такие вещи единственно принадлежали к собственности и покровительству богов -- хранителей мертвых, то сие языческое понятие у римлян родилось из предварительного их понятия о вещах священных и святых. Одно многобожие рождало у них другое, а как первое, так и последнее всегда клонилось к утверждению их правления, то и не удивительно, что сии вещи хотя и по особенному произволению каждого гражданина в благочестие были приемлемы, однако единожды приняты, повсеместно наблюдались ненарушимыми, так что из оных другого употребления делать никому по дозволялось {Senatus consulto cavetur, ne usus sepulchrorum permutationibus polluatur, id est, ne sepulchrum aliae conversionis usum accipiet. L. 12. § 1. D. de religios.
Sed si religiosus locus iam factus sit, pontifiecs cxplorarc debent, quatenus salva religione desiderio reficiendi operis medendum fit. L. ult. D. § 1 de mort, infer. et sepul. aodifican.
Deorum manium iura sancta (id est intacla) sunto. Hos, id e. manes, letho latos divos habento: sumptum in illos luctumve minuunto. Frag. XII tab. p. 753.
Ossa, quae ab alio illata sunt, vel corpus, an liceat domino loci effodere vel eruere sine deercto pontificum, seu iussu principis quaestionis est? et ait Labeo expectandum vel permissum pontificialo seu iussionem principis: alioquin iniuriarum fore actionem adversus eum, qui eiecit. L. 8. D. de religios. [Постановлением сената воспрещается нарушать какими-либо изменениями порядок погребения, то-есть не допускается, чтобы гробница была использована для других целей. Зак. 12, § 1. Декрет о святом. Но если святое место уже установлено, то верховные жрецы должны определить, в какой мере можно, не нарушая требований религии, удовлетворить желание восстановить сооружение. Последний закон. Декрет, § 1. О погребении мертвых и возведении гробниц.
Права умерших да будут святы, то-есть неприкосновенны. Их, то-есть умерших, следует считать божественными, перенесенными в царство тепой, и пусть печаль о них утихнет. Фрагм. XII таблиц, стр. 753.
Можно ли владельцу места вырывать или удалять останки или тело, похороненное другим лицом, без разрешения жрецов или повеления главы государства -- это является вопросом, и Лабеон говорит, что следует ожидать или разрешения жрецов, или повеления главы государства; в противном случае прогни того, кто удаляет, возбуждается дело о нарушении закона. Зак. 8. Декрет о святом.]} и переносить оные без позволения государей и первоначальных идолослужителей языческое суеверие запрещало.
В последующие христианские времена римские государи, отдан сей долг мертвым по истинному благочестию, подтвердили сие языческое узаконение и погребательные места сделали навсегда принадлежащими к единственному своему и церкви покровительству. В силу такого богоугодного и полезного узаконении без их позволения и без сведения поставленных ими градоначальников никто не мог нарушить сего на упокоение мертвым правительством учрежденного жилища {Nemo humanum corpus ad alium lociim sine Augusti affatibus transferat. L. 14. Cod. de religios.
Si vi fluminis reliquiae filii tui contingunlur, vcl alla iusta et necessaria causa intervenit: existimatione rectoris provinciae transferre eas in alium locum poteris. L. 1. Cod. de religion. [Никто не смеет переносить тело человека в другое место без обращения к Августу. Зак. 14. Кодекс о святом.
Если останки твоего сына смываются течением реки или если имеется какое-нибудь другое важное и неотложное обстоятельство, то ты можешь с согласия правителя провинции перенести останки в другое место. Зак. 1. Кодекс о святом.]}. Сверх сего римляне-язычники, равномерно как и православные, стараясь об отвращении от града тлетворного воздуха, под присенением веры запрещали погребать мертвых во граде {Mortuorum reliquias, ne sanctum municipionmi ius polluatur, intra civitatem condi, jam pridem vetitum est. L. 12 cod. de relig. Hominom mortuum in urbe ne sepelito neve urito, homini mortuo ne ossa legito. Frag. XII tab. p. 753. [Чтобы не нарушалось святое право муниципиев, уже раньше было запрещено хоронить останки мертвых в городе. Закон 12. Кодекс о святом.