-- Любезная мистриссъ, онъ росъ, воспитывался и образовывался именно для этой цѣли, исключительно для этой цѣли.-- Говорятъ, миссъ Гэрдаль очень привлекательна?
-- Я воспитательница ея и должна это знать; превосходная дѣвушка!-- отвѣчала мистриссъ Уардень.
-- Нимало не сомнѣваюсь въ этомъ. Я убѣжденъ, что она превосходнѣйшая дѣвушка. И вы, находившись въ такихъ нѣжныхъ отношеніяхъ съ нею, обязаны пещись объ ея счастіи. Могу ли же я, какъ я говорилъ и Гэрдалю, который совершенно согласенъ со мною, могу ли я видѣть равнодушно, что она (хоть она и происходитъ отъ католическаго семейства) привязывается къ мальчику, у котораго теперь пока еще вовсе нѣтъ сердца? Я не обвиняю его особенно, говоря, что у него нѣтъ сердца, потому что молодые люди, глубоко погрязшіе въ вѣтрености и условіяхъ свѣтскаго общества, рѣдко имѣютъ сердце. У нихъ вовсе нѣтъ сердца, любезная мистриссъ, до тридцати лѣтъ. Я не думаю даже, нѣтъ, не думаю, чтобъ у меня самого было сердце въ лѣта Нэда.
-- О, сэръ,-- сказала мистриссъ Уарделъ:-- я полагаю, что у васъ было сердце. Не можетъ быть, чтобъ вы, владѣя теперь такимъ превосходнымъ сердцемъ, были тогда безъ сердца.
-- Кажется,-- отвѣчалъ онъ, скромно пожавъ плечами:-- что я имѣю нѣсколько, что я имѣю нѣкоторое сердце -- Богъ знаетъ! Но возвратимся къ Нэду -- вѣрно вы полагали -- и потому такъ благосклонно принимали въ немъ участіе,-- что я имѣю что-нибудь противъ миссъ Гэрдаль? Это очень натурально съ вашей стороны! Но, безцѣнная мистриссъ, противъ него, противъ самого Нэда я имѣю многое.
Мистриссъ Уарденъ ужаснулась при этомъ открытіи.
-- Ему, если онъ выполнитъ эту священную обязанность, о которой я вамъ докладывалъ, какъ честный человѣкъ,-- а онъ долженъ вести себя какъ честный человѣкъ, или не считать себя моимъ сыномъ,-- ему достанется хорошее состояніе. Онъ ведетъ расточительную, до крайности расточительную жизнь; и если въ минутномъ порывѣ прихоти и упрямства женится онъ на этой дѣвушкѣ и черезъ то лишитъ себя средствъ къ жизни, не отказывая себѣ, какъ онъ давно привыкъ жить,-- тогда, любезная мистриссъ, тогда онъ растерзаетъ сердце этого невиннаго существа. Мистриссъ Уарденъ, моя добрая, безцѣнная мистриссъ, я спрашиваю у вашего сердца: можно ли допустить такую жертву? Можно ли позволить такъ шутить женскимъ сердцемъ? Спросите собственное свое сердце, сударыня. Спросите свое собственное сердце, прошу васъ.
-- Право, это святой,-- думала мистриссъ Уарденъ.-- Но, спросила она громко и не безъ истиннаго чувства:-- если вы отнимете у миссъ Эммы ея любовника, сэръ, что станется тогда съ сердцемъ бѣдной дѣвушки?
-- Вотъ,-- отвѣчалъ мистеръ Честеръ, нимало не смутившись:-- вотъ именно пунктъ, къ которому я хотѣлъ васъ привести. Бракъ ея съ моимъ сыномъ, отъ котораго я принужденъ былъ отказаться, повлекъ бы за собою цѣлые годы бѣдствій; не прошло бы года, любезная мистриссъ, какъ они разстались бы другъ съ другомъ. Если жъ мы прервемъ эту связь, которая, какъ обоимъ намъ хорошо извѣстно, существуетъ больше въ воображеніи, чѣмъ въ дѣйствительности, это будетъ стоять милой дѣвушкѣ нѣсколькихъ слезинокъ, и потомъ она опять счастлива. Представьте себѣ, что ваша собственная дочь, дѣвица, которую я видѣлъ внизу, живой вашъ портретъ... (тутъ мистрисъ Уарденъ закашляла съ кислой улыбкою)... Да, такъ есть одинъ юноша (вѣтреный мальчикъ, долженъ я сказать, къ сожалѣнію, очень дурнаго характера), о которомъ я слыхалъ отъ Нэда,-- Буллитъ, кажется, или Пуллитъ... Муллитъ...
-- Вѣрно Уиллитъ, Джозефъ Уиллитъ, сэръ, да, такъ зовутъ одного молодаго человѣка,-- сказала мистриссъ Уарденъ, и сложила съ достоинствомъ руки.