-- Нѣтъ, Марта, не станемъ судить о немъ такъ строго. Если молодой человѣкъ точно умеръ, пожалѣемъ о немъ.
-- Бѣглецъ и бродяга!-- сказала мистриссъ Уарденъ.
Миссъ Меггсъ изъявила свое одобреніе тѣмъ же носовымъ звукомъ, какъ и прежде.
-- Бѣглецъ, моя милая, но не бродяга,-- кротко возразилъ слесарь.-- Онъ всегда славно велъ себя; Джой всегда былъ красивый, ловкій молодецъ. Не зови его бродягою, Марта!
Мистриссъ Уарденъ закашлялась, Меггсъ также.
-- Онъ очень хлопоталъ о твоемъ добромъ мнѣніи, Марта, могу тебя увѣрить,-- сказалъ слесарь съ улыбкою, погладивъ себя по подбородку.-- Да! Очень хлопоталъ. Я еще помню, будто это было вчера, какъ онъ однажды ночью провожалъ меня до воротъ "Майскаго-Дерева" и просилъ не разсказывать, что они обходятся съ нимъ, какъ съ мальчишкою, то-есть, чтобъ здѣсь, дома, я не разсказывалъ, хоть я тогда, помню, не понялъ этого.-- "А что дѣлаетъ миссъ Долли, сэръ?" -- спросилъ онъ.-- Да! Бѣдный Джой!-- воскликнулъ слесарь, печально задумавшись.
-- Ну такъ и есть,-- воскликнула Меггсъ.-- Ахъ, Боже мой!
-- Что тамъ опять такое?-- сказалъ Габріель, обернувшись къ ней сурово.
-- Ей-Богу, миссъ Долли,-- сказала служанка, нагнувшись, чтобъ заглянуть ей въ лицо:-- заливается слезами. О, сударыня! О, сэръ! Право, это меня такъ разстроило...-- воскликнула чувствительная Меггсъ, прижавъ руку къ сердцу, чтобъ утишить его волненіе,-- что теперь меня можно бы уронить перомъ.
Слесарь бросилъ на Меггсъ такой взглядъ, какъ будто былъ готовъ тотчасъ же велѣть принести себѣ перо, и какъ ошеломленный смотрѣлъ, какъ Долли выбѣжала изъ комнаты, а сострадательная дѣва за нею; потомъ оборотился къ женѣ и пролепеталъ: "Долли дурно? Не я ли ей что-нибудь сдѣлалъ? Не я ли виноватъ?"