-- Какъ что? Мало ли! Мы купили бы красиваго платья -- то-есть, для меня и для тебя, не для Грейфа,-- завели бы лошадей и собакъ, носили бы пестрыя ленты и перья, не работали бы, жили бы хорошо и какъ намъ угодно. О, мы ужъ умѣли бы употреблять золото, матушка, такъ что намъ было бъ это пріятно. Хотѣлось бы мнѣ знать, гдѣ зарыто золото. Какъ бы сталъ я работать, чтобъ его выкопать!
-- Ты не знаешь,-- сказала мать, вставъ съ мѣста и положивъ ему руку на плечо:-- чего не дѣлали люди, чтобъ достать его, и какъ они поздно узнавали, что издали оно ярко блеститъ, а когда дотронутся до него руками, оно становится тускло и черно.
-- Да, да; ты только говоришь такъ; тебѣ такъ это кажется,-- отвѣчалъ онъ, продолжая- пристально смотрѣть въ ту же сторону.-- А мнѣ хотѣлось бы хоть разъ попробовать...
-- Видишь ли,-- сказала она:-- какъ тамъ красно? Ни на чемъ нѣтъ столько кровавыхъ пятенъ, какъ на золотѣ. Берегись его! Никто не имѣетъ столько причинъ ненавидѣть имя золота, какъ мы съ тобой. Не думай о немъ никогда, мой милый. Оно столько навлекло намъ бѣдъ и страданій, сколько немногіе могутъ представить себѣ, и дай Богъ, чтобъ немногимъ пришлось это переносить. Лучше бъ желала я, чтобъ мы были мертвы я лежали въ могилѣ, нежели чтобъ ты любилъ золото.
На минуту оборотился Бэрнеби и смотрѣлъ на нее съ удивленіемъ. Потомъ сталъ глядѣть то на красноту неба, то на красное пятно у себя на рукѣ, будто сравнивая ихъ, и сбирался, повидимому, сдѣлать матери серьезный вопросъ, какъ новый предметъ привлекъ его блуждающее вниманіе, такъ что онъ вовсе забылъ о своемъ намѣреніи.
За плетнемъ, отдѣлявшимъ ихъ садикъ отъ прохожей тропинки, стоялъ съ обнаженною головою человѣкъ, въ запыленной обуви и одеждѣ, и дружески наклонился впередъ, будто желая вмѣшаться въ разговоръ и ожидая, пока очередь говорить дойдетъ до него. Лицо его также было обращено къ красному западному небу; но свѣтъ, на него падавшій, показывалъ, что онъ былъ слѣпъ и не видалъ его.
-- Да будутъ благословенны эти голоса!-- произнесъ странникъ.-- Я лучше чувствую красоту ночи, когда ихъ слышу. Такіе голоса замѣняютъ для меня глаза. Не заговорятъ ли они еще разъ, не освѣжатъ ли души бѣднаго странника?
-- Развѣ у тебя нѣтъ проводника?-- спросила вдова послѣ нѣкоторой паузы.
-- Никого, кромѣ солнца,-- отвѣчалъ онъ, указывая палкою на небо:-- бываетъ иногда ночью еще болѣе тихій, но онъ отдыхаетъ теперь.
-- Далеко ты шелъ?