-- Тебѣ нѣтъ нужды называть его,-- сказала вдова, подавляя вздохъ:-- я и такъ вижу, отъ кого ты пришелъ.
-- Но какъ честный человѣкъ, сударыня, въ словахъ котораго не можетъ быть никакого сомнѣнія,-- сказалъ слѣпой, ударивъ себя но груди:-- позволяю себѣ сказать, что я хочу назвать вамъ имя этого джентльмена. Да,-- прибавилъ онъ и ловилъ, кажется, своимъ острымъ слухомъ даже движеніе руки ея:-- только не громко. Съ вашего позволенія, сударыня, я прошу шепнуть вамъ только одно слово.
Она подошла къ нему и наклонилась. Онъ сказалъ ей что-то на ухо:-- ломая руки, внѣ себя, стала она ходить взадъ и впередъ по комнатѣ. Слѣпой преспокойно вынулъ свою фляжку, налилъ себѣ еще стаканъ, попрежнему спряталъ ее и молча слѣдилъ за собесѣдницею лицомъ, прихлебывая отъ времени до времени.
-- Долго же вы не начинаете разговора, вдовушка,-- сказалъ онъ, погодя немного и поставивъ стаканъ.-- Намъ придется говорить при вашемъ сынѣ.
-- Что жъ мнѣ дѣлать?-- отвѣчала она.-- Чего вы хотите отъ меня?
-- Мы бѣдны, вдовушка, мы бѣдны,-- возразилъ онъ, протянувъ правую руку и чертя пальцемъ по ладони лѣвой, будто дѣлая выкладку.
-- Бѣдны!-- вскричала она.-- А я развѣ не то же?
-- Сравненія никуда не годятся,-- сказалъ слѣпой.--Я не знаю, мнѣ до нихъ нѣтъ дѣла. Я говорю только, мы бѣдны. Пріятель мой въ самомъ стѣсненномъ положеніи, я также. Мы вступимъ въ свои права, вдовушка, или пусть ихъ купятъ у насъ. Но вѣдь вамъ это такъ же хорошо извѣстно, какъ и мнѣ; къ чему же говорить больше?
Она продолжала, ходить въ безпамятствѣ; наконецъ, вдругъ остановилась передъ нимъ и сказала:
-- Онъ здѣсь неподалеку?