XLVIII.
Между безчисленными благодѣяніями, какія небо оказываетъ человѣческому роду, всегда первое мѣсто должна занимать способность находить въ самыхъ тяжкихъ страданіяхъ зерно утѣшенія; важность этой способности основывается на томъ, что она возстановляетъ насъ и поддерживаетъ, когда мы наиболѣе нуждаемся въ поддержкѣ, и на темъ еще, что въ ней, какъ мы имѣемъ причину вѣрить, лежитъ искра божественнаго духа, частица той благости, которая въ самыхъ преступленіяхъ нашихъ открываетъ искупительное свойство, нѣчто такое, что мы даже въ падшемъ нашемъ состояніи имѣемъ общаго съ ангелами, что существовало въ древнія времена и теперь еще пребываетъ на землѣ, по глубокому къ намъ состраданію.
Сколько разъ, дорогою, вспоминала вдова съ признательнымъ сердцемъ, что веселость и любовь къ ней Бэрнеби проистекали именно изъ его духовнаго состоянія! Сколько разъ думала она, что иначе онъ былъ бы, можетъ быть, золъ, лукавъ, равнодушенъ, далекъ отъ нея,-- даже, можетъ быть, преступенъ и жестокъ! Сколько разъ имѣла она поводъ находить въ крѣпости, въ простотѣ его природы утѣшеніе и отраду! Слабость ума, которая побуждала его такъ скоро забывать прошедшее или вспоминать о немъ только въ краткихъ и мгновенныхъ проблескахъ сознанія, также была счастьемъ. Міръ для него былъ исполненъ блаженства; его восхищало каждое дерево, каждая травка и цвѣтокъ, каждая птица, каждое мелкое насѣкомое, которое приносилось къ его ногамъ дыханіемъ лѣтняго вѣтерка. Восторгъ его былъ и ея восторгомъ; и тамъ, гдѣ умное дитя огорчило бы ее, этотъ бѣдный, веселый сумасшедшій наполнялъ ея сердце тихимъ чувствомъ благодарности.
Денежный запасъ вдовы былъ невеликъ, но изъ суммы, отданной слѣпому, удержала она себѣ одну гинею. Это, съ прибавкою нѣсколькихъ пенсовъ, которые, были у ней сверхъ того, было уже порядочнымъ капитальцемъ для двухъ человѣкъ съ ограниченными потребностями. Притомъ же, съ ними былъ Грейфъ; и вмѣсто того, чтобъ размѣнивать гинею, имъ стоило только посадить Грейфа у двери какой-нибудь полпивной лавки, на большой сельской улицѣ или въ саду лучшихъ гостиницъ, и дюжины людей, которые ничего бъ не дали изъ благотворительности, охотно бросали мелкія монеты, чтобъ дальше позабавиться разговоромъ съ болтливою птицею.
Однажды они шли медленно и были цѣлую недѣлю въ дорогѣ, хоть имѣли случай проѣхать значительное разстояніе въ каретѣ или на телѣгѣ. Бэрнеби, идучи съ Грейфомъ за спиною, впереди матери, остановился передъ красивою привратническою будкою и попросилъ позволенія пройти къ большому дому на другомъ концѣ аллеи, чтобъ показывать тамъ своего ворона. Человѣкъ, бывшій въ будкѣ, согласился пустить его и хотѣлъ уже отворить ворота, какъ дюжій джентльменъ, съ длиннымъ бичомъ въ рукѣ и разгорѣвшимся лицомъ, показывавшимъ, повидимому, что онъ раненько уже выпилъ, подъѣхалъ къ воротамъ и громкимъ голосомъ, съ гораздо большимъ числомъ проклятій, чѣмъ, повидимому, требовало дѣло, велѣлъ отпереть тотчасъ же.
-- Кого ты это сюда привелъ?-- сказалъ господинъ гнѣвно, когда слуга широко растворилъ ворота и сдернулъ шляпу съ головы.-- Что это за люди? Эй! Ты нищая, что ли?
Вдова съ поклономъ отвѣчала, что они путешественники.
-- Бездѣльники,-- сказалъ джентльменъ: -- бездѣльники и бродяги! Хочешь ты познакомиться съ тюрьмою, хочешь,-- съ тюрьмою, хочешь попасть въ кандалы, быть высѣченной, а?.. Откуда ты?
Она отвѣчала ему робко и просила не гнѣваться, потому что они не хотятъ досаждать и тотчасъ же опять пойдутъ своей дорогою.
-- Ты вѣрно еще не знаешь,-- возразилъ онъ:-- мы не терпимъ, чтобъ такіе бродяги таскались здѣсь. Знаю, чего тебѣ надо,-- бѣлья, что сушится на заборѣ,-- куръ и гусей, а? Что у тебя въ корзинѣ, лѣнтяй?