-- Я слышала, что, подъѣзжая къ Лондону, вы нашли на дорогѣ молодого мистера Меггера, ограбленнаго и раненаго.
-- Да, это былъ мистеръ Эдвардъ. Подлѣ него стоялъ Бэрнеби, изо всѣхъ силъ крича о помощи. Хорошо еще, что такъ случилось, потому что дорога уединенна, и притомъ было поздно, ночь холодна, бѣдный Бэрнеби отъ ужаса и удивленія помѣшался въ умѣ болѣе обыкновеннаго, и молодой джентльменъ легко могъ бы умереть.
-- Ужасно и подумать объ этомъ!-- воскликнула дочь Габріеля, содрогаясь.-- Но какъ вы узнали его?
-- Да,-- отвѣчалъ слесарь:-- я не зналъ его, никогда не видывалъ, хоть и часто слыхалъ о немъ. Я отвезъ его къ мистриссъ Годжъ; она лишь только взглянула на него, тотчасъ же сказала мнѣ все.
-- Миссъ Эмма придетъ въ отчаяніе, если узнаетъ объ этомъ, батюшка, особенно когда разскажутъ ей все съ преувеличеніями, какъ обыкновенно разсказываются подобныя вещи.
-- Посуди же, чему подвергаются люди, одаренные сострадательнымъ сердцемъ,-- сказалъ слесарь.-- Миссъ Эмма, какъ сказали мнѣ люди въ "Кроличьей-Засѣкѣ", очень неохотно отправилась съ своимъ дядей въ маскарадъ въ Карлейль-Гоузъ. И я, глупая голова, вмѣсто того, чтобъ ѣхать спать, переговоривъ съ мистриссъ Годжъ, бѣгу туда, уговариваю пріятеля своего, швейцара, чтобъ онъ впустилъ меня, надѣваю маску и домино и вмѣшиваюсь въ толпу посѣтителей.
-- Какъ это похоже на васъ, батюшка!-- воскликнула Долли, обвивая отца прекрасною свою рукою и цѣлуя его съ жаромъ.
-- Совершенно похоже на меня!-- повторилъ Габріель, повидимому, съ досадой, но въ самомъ дѣлѣ обрадованный похвалой и гордясь своего рѣшимостью.-- Совершенно похоже на меня... такъ сказала и мать твоя. Но какъ бы то ни было я вмѣшался въ толпу, и меня за это порядкомъ потолкали, пощипали и помучили безпрестаннымъ пискомъ: "Развѣ ты меня не знаешь?", "Я узналъ тебя" и всею этой безсмыслицей, которая достигала до ушей моихъ. Впрочемъ, я ходилъ бы тамъ и теперь, не нашедши того, кого надо было, еслибъ не увидѣлъ въ небольшой боковой комнаткѣ молодую дѣвушку, которая сняла отъ жара маску.
-- Это была она?-- поспѣшно спросила дочь.
-- Да, она,-- отвѣчалъ слесарь:-- едва я шепнулъ ей о случившемся, такъ тихо, милая Долли, и почти съ такою же нѣжностью, съ какого развѣ только ты могла бы это сдѣлать, какъ она вскрикнула глухо и упала въ обморокъ.