Мистриссъ Уарденъ нечего было дѣлать; она принуждена была достать его со слезами и прерывистыми увѣреніями, что... еслибъ она... знала...
-- Да, да,-- сказалъ Уарденъ:-- разумѣется, ужъ я знаю. Я не хочу попрекать тебя этимъ, моя милая. Но замѣть съ этихъ поръ, что всѣ добрыя вещи, когда ихъ обращаютъ на злыя цѣли, бываютъ еще хуже, чѣмъ сами по себѣ злыя вещи. Когда женщина развратится, то дѣлается ужъ точно развратною. Когда религія попадетъ на ложный путь, то ужъ и идетъ этимъ путемъ безостановочно, все по той же причинѣ. Ну, да перестанемъ говорить объ этомъ...
Съ этими словами бросилъ онъ красный домикъ на полъ, наступилъ на него ногою и растопталъ въ куски. Полупенсы, шестипенсовики и другіе доброхотные вклады попадали оттуда и раскатились во всѣ стороны, но никому не пришло и въ голову дотронуться до нихъ и поднять.
-- Это,-- сказалъ слесарь:-- дѣло не пропавшее. Молю Бога, чтобъ все, выходящее изъ того же общества, онъ благоволилъ также легко обратить въ добро.
-- Вѣдь счастіе, Уарденъ,-- сказала жена, утирая глаза носовымъ платкомъ:--что, въ случаѣ новыхъ бунтовъ, но я надѣюсь, что ихъ ужъ не будетъ, въ самомъ дѣлѣ, надѣюсь...
-- Я также надѣюсь, моя милая.
-- Что у насъ, въ случаѣ новыхъ бунтовъ, есть тотъ листъ, что принесъ намъ бѣдный, заблудшій молодой человѣкъ.
-- Да, конечно,-- сказалъ слесарь, быстро обернувшись.-- Гдѣ же этотъ листъ?
Мистриссъ Уарденъ стояла, какъ пораженная громомъ, когда онъ взялъ его у ней изъ рукъ, изорвалъ въ клочки и бросилъ въ каминъ.
-- Ты не хочешь сдѣлать изъ него никакого употребленія?