-- Я вчера ужъ сказалъ вамъ, сэръ,-- отвѣчалъ лордъ-мэръ:-- что вы могли бы взять къ себѣ въ домъ альдермэна, если кто изъ нихъ пойдетъ къ вамъ.
-- На кой чортъ мнѣ вашъ альдермэнъ?-- сказалъ желчный старикъ.
-- Чтобъ отогнать народъ, сэръ,-- отвѣчалъ лордъ-мэръ.
-- О, Господи помилуй!-- завопилъ старый джентльменъ, отирая на лбу потъ съ трагикомическимъ видомъ.-- Альдерманомъ отогнать чернь! Да, милордъ, еслибъ это были грудные ребята, неужто вы думаете, они побоялись бы альдермэна! Не пожалуете ли вы сами?
-- Я?-- сказалъ лордъ-мэръ чрезвычайно выразительно.-- Разумѣется, нѣтъ.
-- Такъ что жъ я буду дѣлать?-- возразилъ старикъ.-- Развѣ я не гражданинъ Англіи? Развѣ я не вправѣ пользоваться благодѣяніями закона? Могу ли я найти покровительство за то, что плачу повинности королю?
-- Право, не знаю,-- сказалъ лордъ-мэръ.-- Какъ жаль, что вы католикъ! Зачѣмъ вы не протестантъ: тогда вы не попали бы въ такіе тиски! Право, не знаю, что тутъ дѣлать... За этими безпокойствами скрываются знатные люди... О, Боже мой! Что это за горе быть публичнымъ лицомъ! Побывайте какъ-нибудь днемъ нынче... Пособлю ли я вамъ, если я дамъ аллебардиста? Или вотъ правда, Филипсъ констабль -- ему нечего дѣлать -- онъ не слишкомъ старъ для человѣка, его лѣтъ, только слабъ ногами, и если вы его поставите въ окошку, онъ при свѣчахъ покажется очень молодъ и можетъ припугнуть народъ... О, Боже мой!.. хорошо, тамъ посмотримъ...
-- Стой!-- воскликнулъ мистеръ Гэрдаль, оттолкнувъ дверь, которую привратникъ затворялъ.--Милордъ мэръ, сдѣлайте одолженіе, не уходите. Со мною здѣсь человѣкъ, который двадцать восемь лѣтъ тому назадъ совершилъ убійство. Мое показаніе и присяга съ моей стороны дадутъ вамъ право отдать его подъ судъ. Мнѣ только нужно, покамѣстъ, посадить его въ надежное мѣсто. Малѣйшая отсрочка можетъ подать поводъ мятежникамъ освободить его.
-- О, Боже великій!-- вскричалъ лордъ-мэръ.-- Господи, помоги мнѣ... О Боже... хорошо... пожалуй... Знаете ли, за этими безпорядками скрываются знатные люди... Право, лучше оставьте...
-- Милордъ,-- сказалъ мистеръ Гэрдаль.-- Убитый былъ мой родной братъ; я наслѣдовалъ его имѣніе; тогда были злые языки, которые шептали, будто вина этого гнуснаго и безчеловѣчнаго дѣла лежитъ на мнѣ,-- на мнѣ, который любилъ его такъ нѣжно, какъ онъ знаетъ это на небесахъ. Наконецъ, послѣ всѣхъ этихъ лѣтъ неизвѣстности и горя, наступило время отмстить за него и обличить злодѣяніе, столь адское и коварное, что ему нѣтъ подобнаго. Каждая секунда отсрочки съ вашей стороны разрѣшаетъ оковы съ окровавленныхъ рукъ этого человѣка и можетъ послужить къ его освобожденію. Милордъ, я требую, чтобы вы выслушали меня и тотчасъ окончили это дѣло.