-- Господи Боже мой!-- воскликнулъ первый лондонскій чиновникъ.-- Теперь не должностные часы, понимаете?.. Дивлюсь вамъ... какъ это неучтиво съ вашей стороны... вы не должны... право, нѣтъ... Полагаю, вѣрно и вы католикъ?
-- Католикъ,-- сказалъ мистеръ І'эрдаль.
-- Господи помилуй! Кажется, люди нарочно дѣлаются католиками, чтобъ меня мучить и терзать!-- воскликнулъ лордъмэръ.-- Лучше бъ вы не приходили. Скоро, пожалуй, сожгутъ еще Мэншенъ-Гаузъ, и за это мы будемъ вамъ обязаны. Заприте арестанта, сэръ, отдайте его подъ караулъ... и... и пожалуйте въ подлежащій часъ. Тогда увидимъ!
Не успѣлъ мистеръ Гэрдаль отвѣтить, какъ дверь сильно захлопнулась, и застучалъ запоръ; лордъ-мэръ ушелъ въ спальню и всякое дальнѣйшее домогательство было безполезно. Двое просителей также пошли назадъ и были выпущены привратникомъ на улицу.
-- Такъ онъ всегда отдѣлывается,-- сказалъ старый джентльменъ.-- Я не могу добиться никакого удовлетворенія и никакой помощи. Что вы намѣрены дѣлать, сэръ?
-- Хочу попытаться гдѣ-нибудь въ другомъ мѣстѣ,-- отвѣчалъ мистеръ Гэрдаль, который сѣдъ между тѣмъ опять на лошадь.
-- Жалко мнѣ васъ, очень жалко: оно, впрочемъ, и натурально, потому что мы страдаемъ за общее дѣло,-- сказалъ старый джентльменъ.-- Пройдетъ еще ночь, и у меня ужъ, можетъ быть, не будетъ дома, куда бы я могъ пригласить васъ, и потому сдѣлаю это теперь, пока это въ моей власти. Но, какъ разсужу пообстоятельнѣе,-- продолжалъ онъ, запрятывая опять бумажникъ, который вынулъ было при этихъ словахъ.-- Лучше я вамъ не дамъ моего адреса, потому что, если его найдутъ у васъ, вы можете нажить себѣ непріятности. Лэнгдель -- мое имя, виноторговецъ и дистиллаторъ изъ Голнборнъ-Гилля; очень буду радъ, если навѣстите меня.
Мистеръ Гэрдаль поклонился и поѣхалъ подлѣ повозки, какъ прежде; теперь онъ думалъ побывать у сэра Джона Фильдинга, слывшаго смѣлымъ и дѣятельнымъ чиновникомъ, и твердо рѣшился, въ случаѣ, если на него нападутъ бунтовщики, скорѣе казнить убійцу собственными руками, чѣмъ позволить освободить его.
Однако, они достигли квартиры судьи безъ дальнѣйшихъ приключеній (ибо чернь была въ это время, какъ мы видѣли, занята важнѣйшими планами) и постучались въ двери. Какъ вообще ходилъ слухъ, что мятежники грозили сэру Джону Фильдингу, то куча сыщиковъ караулила его домъ цѣлую ночь. Одному изъ этихъ людей объяснилъ мистеръ Гэрдаль свою надобность, и какъ она показалась этому господину дѣломъ довольно значительнымъ, чтобъ разбудить для нея спавшаго судью, то онъ тотчасъ доставилъ ему удовлетвореніе.
Убійца былъ немедленно назначенъ въ Ньюгетъ, еще новое и незадолго съ большими издержками построенное зданіе, слывшее необыкновенно крѣпкимъ. Когда приказъ объ арестѣ былъ готовъ, трое сыщиковъ еще связали преступника (онъ, повидимому, усиливался въ каретѣ сдѣлать веревки попросторнѣе), завязали ему ротъ, чтобъ онъ не могъ кричатъ о помощи, если навстрѣчу имъ попадется какая-нибудь толпа мятежниковъ, и сѣвъ съ нимъ составляли сильное прикрытіе; однако, они также подняли ширмы, какъ-будто карета была порожняя, и велѣли мистеру Гэрдалю ѣхать напередъ, чтобъ онъ не привлекъ на себя вниманія и не казался принадлежащимъ къ экипажу.