-- Вотъ тебѣ на!-- воскликнулъ Гогъ, который первый заглянулъ въ темный коридоръ.-- Денни ужъ впереди. Браво, старикъ! Скорѣе же отворяй тутъ, не то насъ задушитъ дымъ на обратной дорогѣ.
-- Такъ ступай же лучше сейчасъ,-- сказалъ Денпи.-- Чего тебѣ здѣсь надо?
-- Чего мнѣ надо?-- спросилъ Гогъ.-- Этихъ четырехъ человѣкъ.
-- Четырехъ дьяволовъ!-- вскричалъ палачъ.-- Развѣ ты не знаешь, что они берегутся къ четвергу на висѣлицу. Развѣ ты не имѣешь никакого уваженія къ закону, къ конституціи? Никакого? Оставь этихъ четырехъ человѣкъ.
-- Что теперь за шутки!-- воскликнулъ Гогъ.-- Слышишь, какъ они кричатъ? Вырви эти прутья между дверью и поломъ и впусти насъ.
-- Братъ,-- сказалъ палачъ тихимъ голосомъ, наклонясь подъ тѣмъ предлогомъ, что будто исполняетъ требованіе Гога, но смотря только ему въ лицо:-- неужто ты не можешь оставить мнѣ этихъ четырехъ человѣкъ, если мнѣ пришла такая прихоть? Дѣлай, что хочешь, бери все, что хочешь,-- все отдаю тебѣ; но оставь же и мнѣ мою добычу. Я хочу этихъ четырехъ человѣкъ, говорю тебѣ.
-- Выдерни прутья или посторонись,-- отвѣчалъ Гогъ.
-- Ты можешь воротить толпу, если захочешь, ты это очень хорошо знаешь, братъ,-- сказалъ палачъ медленно.-- Ну, такъ ты хочешь сюда, хочешь?
-- Да.
-- Ты не хочешь оставить мнѣ этихъ людей? Ты не имѣешь никакого уваженія ни къ чему -- а?-- сказалъ палачъ, отступивъ къ двери, черезъ которую вошелъ, и бросивъ на него ненавистный взглядъ.-- Ты хочешь сюда, хочешь?