-- Слышишь, голубушка, что говоритъ твоя госпожа?-- сказалъ слесарь.-- Лучше тебѣ будетъ, кажется, идти отсюда... Постой; возьми вотъ за старинную службу.
Меггсъ схватила банковый билетъ, который онъ вынулъ изъ бумажника и подавалъ ей, положила его въ маленькій, красный, кожаный кошелекъ, спрятала кошелекъ въ карманъ (при чемъ она выказала значительную часть своей фланелевой юбки и больше черныхъ бумажныхъ чулокъ, нежели обыкновенно открываютъ для публики) и повторила, глядя на мистриссъ Уарденъ:
-- О, милосердый Боже!
-- Мнѣ кажется, ты ужъ это говорила, голубушка,-- замѣтилъ слесарь.
-- Времена перемѣнились, не правда-ли, сударыня?-- воскликнула Меггсъ, закинувъ назадъ голову.-- Вы нынче можете обходиться безъ меня, не правда-ли? Вы можете нынче ихъ осаживать безъ меня? Теперь ужъ вамъ не нуженъ никто для того, чтобъ было на комъ выместить или на кого свалить вину, не такъ-ли? Очень рада, что вы стали такъ независимы. Поздравляю васъ съ этимъ, право!
Тутъ она присѣла и, поднявъ голову, обративъ ухо къ мистриссъ Уарденъ, а глаза на прочихъ собесѣдниковъ, и намекая на нее своими изреченіями, продолжала:
-- Радехонька, право, что вижу этакую независимость, хоть меня и огорчаетъ, сударыня, что вы принуждены такъ поддаться и не могли иначе сладить... Ха, ха, ха! Должно быть очень досадно,-- особливо, какъ подумаешь, какъ вы дурно отзывались всегда о мистерѣ Джоѣ -- быть теперь его тещею. Дивлюсь только, какъ и миссъ Долли могла сойтись съ нимъ, столько лѣтъ вовсе позабывавъ его для каретника. Да, я слышала, что каретникъ одумался -- ха, ха, ха, и сказалъ одному молодому человѣку, своему пріятелю: "ужъ я такъ настращенъ, что не попадусь, хоть бы они всей семьей меня ловили".
Тутъ пріостановилась она, ожидая отвѣта; но какъ отвѣта но было, то продолжала тѣмъ же тономъ:
-- Я тоже слышала, сударыня, будто болѣзни многихъ дамъ -- не болѣе, какъ притворство, и будто онѣ могутъ падать въ обморокъ, когда имъ бываетъ угодно. Разумѣется, своими глазами я ничего такого не видывала... ха, ха, ха! И мистеръ тоже не видалъ... ха, ха, ха! Слыхала я, какъ сосѣди толковали, будто одинъ изъ вашихъ знакомыхъ былъ такой бѣдный, добрый простакъ, что вышелъ удить себѣ жену и что-же поймалъ?-- змѣю. Разумѣется, я сама не знавала бѣднаго глупца; и вы тоже не знавали его, сударыня... ха, ха, ха!.. Не знаю, кто бы это такой былъ -- вы не знаете ли, сударыня? Можетъ статься, и знаете,-- о, да! Знаете... Ха, ха, ха!
Снова, ожидала Меггсъ отвѣта; и не получивъ его, чуть не задыхаясь отъ злобы и желчи, продолжала: