-- Честеръ! сказалъ мистеръ Гэрдаль послѣ минутнаго молчанія и взглянувъ на его улыбающееся лицо.-- Честеръ! Тамъ, гдѣ рѣчь идетъ объ обманѣ и хитрости, голова и сердце ваше истинныя дьявольскія...
-- За ваше здоровье!-- воскликнулъ Честеръ, кивнувъ головою...-- Извините меня, я прервалъ васъ...
-- А если мы встрѣтимъ затрудненія, стараясь разлучить этихъ молодыхъ людей?-- сказалъ Гэрдаль.-- Если вы, напримѣръ, съ вашей стороны будете въ такомъ положеніи, къ какому предмету прибѣгнете вы тогда, мистеръ?
-- Къ самому легкому и простому, любезнѣйшій мистеръ,-- отвѣтилъ Честеръ, развалясь въ креслахъ.-- Я прибѣгну къ тѣмъ качествамъ, которыя вы такъ благосклонно мнѣ приписываете, хотя, сказать по чести, заслуживаю только въ половину ваше доброе обо мнѣ мнѣніе... употреблю два весьма обыкновенныя домашнія средства -- хитрость и коварство; постараюсь возбудить и съ той и съ другой стороны ревность...
-- Итакъ, стремясь къ нашей цѣли, мы употребимъ въ дѣло предательство, ложь, обманъ?
-- Избави насъ Богъ отъ этого!..-- воскликнулъ Честеръ, понюхавъ табаку.-- Нѣтъ, предательство, ложь, обманъ тутъ не нужны... нужны только тонкость и дипломатика... словомъ, надобно умѣть немного интриговать и больше ничего.
-- Мнѣ бы хотѣлось, чтобъ все это устроилось какъ-нибудь полегче, сказалъ Гэрдаль, прохаживаясь по комнатѣ въ сильномъ волненіи:-- Впрочемъ, если дѣло зашло ужъ такъ далеко, что мы должны дѣйствовать, то постараюсь помогать вамъ; это единственный случай, въ которомъ мы можемъ быть согласны... Надѣюсь, однакоже, что мы видимся теперь въ послѣдній разъ, и намь не встрѣтится уже надобности опять говорить другъ съ другомъ.
-- Вы хотите идти?-- сказалъ мистеръ Честеръ, приподнявшись съ креселъ.-- Позвольте проводить васъ и посвѣтить на лѣстницѣ.
-- Благодарю, не безпокойтесь; я найду дорогу и одинъ,-- отвѣчалъ Гэрдаль и, надѣвъ шляпу, пошелъ къ двери, которую сильно захлопнулъ за собою.
-- Какая грубая скотина!-- проворчалъ Честеръ, опустясь опять въ кресла.