-- Ну, что новаго?-- спросилъ мистеръ Эдвардъ.-- Все ли она такъ же хороша, какъ прежде? Зачѣмъ же краснѣть, другъ?
-- Если я покраснѣлъ, то, конечно, отъ стыда, что могъ такъ глупо вѣрить моимъ надеждамъ, сэръ Эдвардъ... Мнѣ до миссъ Долли такъ же далеко, какъ до неба!
-- Полно, Джой, что за отчаяніе! Все еще можетъ устроиться...-- отвѣчалъ мистеръ Эдвардъ.
-- Ахъ!-- сказалъ Джой, съ глубокимъ вздохомъ.-- Вамъ хорошо такъ говорить... Но оставимъ это; куда вы ѣдете, сэръ? Не къ намъ ли, въ "Майское-Дерево"?
-- Да; такъ-какъ я еще не совсѣмъ оправился, то хочу переночевать тамъ, чтобъ завтра потихоньку пуститься домой.
-- Если вы не торопитесь, и если вамъ будетъ не скучно ѣхать, соображаясь съ бѣгомъ моей клячи, то я готовъ проводить васъ до "Кроличьей-Засѣки" и подержать вашу лошадь во время вашего отсутствія; это избавитъ васъ отъ труда идти пѣшкомъ изъ "Майскаго-Дерева"... У меня довольно времени, и какъ бы поздно я ни пріѣхалъ домой, мнѣ все будетъ казаться еще очень рано.
-- Радъ быть твоимъ товарищемъ; но, пожалуйста, перестань грустить; все еще можетъ поправиться; не надобно только терять надежды, и Долли можетъ еще быть твоею...
Джой грустно покачалъ головою; однакожъ, слова сэра Эдварда нѣсколько ободрили его; онъ далъ шпоры своей кличѣ, и она пошла довольно скорою рысью, какъ-будто хотѣла показать тѣмъ, что о ней напрасно думали такъ дурно.
Ночь была прекрасная; полный мѣсяцъ разливалъ свой таинственный свѣтъ на окрестныя поля. Тихій, прохладный вѣтерокъ качалъ вершины деревьевъ, которыми была обсажена дорога; путники ѣхали рядомъ и по временамъ, переставая разговаривать, погружались въ тихую задумчивость.
-- "Майское-Дерево" сегодня что-то особенно освѣщено,-- сказалъ сэръ Эдвардъ, когда трактиръ показался изъ-за деревьевъ.