-- Вы шутите, сэръ?..-- сказалъ Эдвардъ.
-- Нимало, увѣряю тебя,-- отвѣчалъ отецъ съ величайшимъ спокойствіемъ.-- Всѣ эти фамильныя подробности такъ сухи и такъ скучны, что ни въ какомъ случаѣ не могутъ расположить къ шуткамъ; оттого-то я такъ и ненавижу ихъ. Но довольно объ этомъ; остальное тебѣ извѣстно... Сынъ, который не можетъ еще быть отцу товарищемъ -- то-есть, если ему нѣтъ еще двадцати-трехъ или двадцати-четырехъ лѣтъ -- можетъ только стѣснять его, и вотъ почему лѣтъ за пять передъ симъ (у меня память очень плоха на числа; ты простишь меня, если я ошибаюсь) удалилъ я тебя отсюда и далъ тебѣ средства пріобрѣсти множество познаній ученіемъ. Мы видѣлись рѣдко; наконецъ, ты возвратился, и скажу тебѣ откровенно: еслибъ ты возвратился неучемъ или невѣжей, то я услалъ бы тебя опять какъ можно дальше, въ какую-нибудь часть свѣта.
-- Жалѣю очень, что вы этого не сдѣлали, сэръ,-- замѣтилъ Эдвардъ.
-- Напрасно, любезный другъ,-- отвѣчалъ Честеръ очень спокойно:-- напрасно! Я нашелъ въ тебѣ красиваго, ловкаго малаго и ввелъ тебя въ общество, въ которомъ имѣю еще нѣкоторый вѣсъ. Такимъ образомъ открылъ я тебѣ блестящую дорогу ко всему и надѣюсь, что изъ благодарности ты сдѣлаешь съ своей стороны что-нибудь для меня.
-- Не понимаю, что вы хотите сказать этимъ, сэръ.
-- Вещь очень простую... Потрудись вынуть изъ молочника муху, которая залетѣла туда... Я хочу сказать, что ты долженъ поступить точно такъ же, какъ поступилъ я, то-есть жениться какъ можно выгоднѣе и воспользоваться богатствомъ жены, чтобъ жить какъ можно лучше...
-- И сдѣлаться въ глазахъ свѣта презрѣннымъ негодяемъ, расточающимъ чужое достояніе!-- воскликнулъ Эдвардъ съ негодованіемъ.
-- Что ты, Нэдъ, Богъ съ тобою!-- возразилъ мистеръ Чесгеръ хладнокровно.-- Кто осмѣлится назвать тебя негодяемъ, когда ты будешь сорить золотомъ? Напротивъ, всѣ будутъ уважать тебя, искать твоей дружбы.
Молодой человѣкъ опустилъ голову на грудъ и не отвѣчалъ ни слова.
-- Я очень радъ, что у насъ завязался такой разговоръ, любезный Нэдъ,-- сказалъ, наконецъ, отецъ, вставъ съ креселъ и подошедъ къ зеркалу, въ которое взглянулъ съ довольной улыбкой. Онъ поселитъ между нами совершенную довѣренность другъ къ другу, которая была такъ необходима въ нашемъ положеніи. Признаюсь, однакожъ, я думалъ, что все обдѣлается безъ объясненій, и думалъ это до тѣхъ поръ, пока не узналъ о твоей страсти къ этой дѣвушкѣ.