-- Ты готовъ былъ совершить убійство?
-- По крайней мѣрѣ это было моимъ желаніемъ. Да что прикажешь дѣлать? Онъ поднялъ ужасный крикъ: "убійцы! Спасите!" Ему было бы худо, еслибъ онъ не былъ такъ проворенъ... Я побѣжалъ за нимъ...
-- Съ ножемъ?-- вскричала вдова, поднимая руки къ небу.-- О, Боже! Ты слышишь его, Ты видишь этого ужаснаго человѣка!..
И, сложивъ руки, подняла она къ небу взоры, полпые отчаянія. Сурово посмотрѣлъ онъ на нее и, вставъ съ своего мѣста, остановился передъ нею въ нѣсколькихъ шагахъ.
-- Берегись!-- вскричалъ онъ дикимъ голосомъ.-- Берегись оскорблять меня, или ты погибла,-- погибла, погибла душою и тѣломъ!-- Слушай,-- продолжалъ онъ:-- я дикій звѣрь въ образѣ человѣка, злой духъ, облеченный тѣломъ и плотью, привидѣніе, котораго страшатся всѣ живущіе, проклятое существо, житель не здѣшняго міра... Я ничего не боюсь, я испыталъ всѣ ужасы жизни, я на землѣ живу какъ въ аду; но если ты будешь исполнять мои приказанія и не будешь оскорблять меня -- не сдѣлаю тебѣ никакого зла. Ты осмѣлилась угрожать мнѣ, а я никому не прощаю оскорбленій. Если ты заставишь меня пролить кровь, она падетъ на тебя же и на подобныхъ тебѣ во имя злого духа, который искушеніемъ ведетъ людей къ погибели.
При этихъ словахъ онъ вынулъ изъ-за пояса пистолетъ и крѣпко сжалъ его въ рукѣ
-- О! Накажи этого человѣка, правосудное небо!-- вскричала вдова.-- Пошли ему минуту раскаянія и потомъ очисти отъ него землю.
-- Дай мнѣ пить и ѣсть, не то я исполню свои угрозы.
-- Но оставишь ли ты домъ мой, когда я исполню твое требованіе? Обѣщаешь ли ты никогда сюда не возвращаться?
-- Ничего не обѣщаю,-- отвѣчалъ онъ, садясь за столъ:-- кромѣ одного: исполнить свою угрозу, если ты не будешь мнѣ повиноваться.