— Я взялъ только съѣстное… немного водки и пирогъ.
— Пропалъ у васъ пирогъ, кузнецъ? — спросилъ сержантъ, конфиденціально.
— Жена сказывала, что пропалъ, какъ разъ въ то время, когда вы пришли. Неправда ли, Пипъ?
— Такъ, — сказалъ мой каторжникъ, взглядывая на Джо, но не на меня:- такъ, это вы кузнецъ? Мнѣ жаль, что я съѣлъ вашъ пирогъ.
— На здоровье! Богу извѣстно, что мнѣ его не жаль… если бы даже онъ былъ мой, — отвѣчалъ Джо, благоразумно вспомнивъ про м-съ Джо. — Мы не знаемъ, въ чемъ ваша вина, но мы бы не согласились уморить съ голоду бѣднаго человѣка — онъ все же нашъ ближній.
Что-то опять хрустнуло въ горлѣ у моего каторжника, какъ въ тотъ разъ, когда я говорилъ съ нимъ; онъ повернулся къ намъ спиной. Мы проводили его до пристани, устроенной изъ грубыхъ бревенъ и камней, и видѣли, какъ его посадили въ лодку, гдѣ гребцами были такіе же каторжники, какъ и онъ самъ. Никто, казалось, не удивился, не обрадовался и не огорчился, увидя его; никто не промолвилъ ни слова; только чей-то голосъ задалъ окрикъ, точно на собакъ: — «Берись, за весла!» И при свѣтѣ факеловъ мы увидѣли темный понтонъ, засѣвшій въ грязи недалеко отъ берега, точно нѣкій преступный Ноевъ ковчегъ. Мы видѣли, какъ лодка подплыла къ понтону и потомъ исчезла. Остатки факеловъ были брошены въ воду и, шипя, потухли, точно въ знакъ того, что все кончено.
ГЛАВА VI
Въ тѣ времена моего дѣтства, когда я часто ходилъ на кладбище и читалъ надписи на памятникахъ, я настолько зналъ грамотѣ, что могъ только по складамъ разбирать слова.
Мнѣ предстояло, когда я подросту, поступить подмастерьемъ на кузницу Джо, а пока я посѣщалъ вечерніе классы въ деревнѣ, которыми руководила внучатная тетушка м-ра Уопсля; то есть, собственно говоря, это была смѣтная старуха съ небольшими средствами къ жизни и большими недугами, которая имѣла обыкновеніе спать отъ шести до семи часовъ каждый вечеръ въ обществѣ молодежи, платившей по два пенса въ недѣлю съ человѣка, за поучительное зрѣлище того, какъ она спитъ.
Кромѣ этого воспитательнаго заведенія внучатная тетушка, м-ра Уопсля содержала — въ той же комнатѣ — мелочную лавочку. Она понятія не имѣла о томъ, какіе у нея были товары и что они стоили; но въ ящикѣ комода хранилась засаленная записная книжка, служившая прейсъ-курантомъ и помощью этого оракула. Бидди вела всѣ торговыя сдѣлки. Бидди была внучка внучатной тетушки м-ра Уопсля; сознаюсь, что совершенно не въ силахъ разрѣшить трудную задачу, въ какомъ родствѣ она находилась съ м-ромъ Уопсль. Она была такая же сирота, какъ и я; какъ и я, также вскормлена отъ руки. На мой взглядъ замѣчательнаго въ ея наружности было то, что голова ея постоянно нуждалась въ гребнѣ, руки въ мылѣ, а башмаки въ помывкѣ. Впрочемъ такою она была только въ будни. По воскресеньямъ она ходила въ церковь вымытая, причесанная и прилично одѣтая.