М-ръ Пэмбльчукъ и м-съ Джо уставились другъ на друга, и оба повторили:
— Въ черной бархатной каретѣ?
— Да, — сказалъ я. — И миссъ Эстелла, — это ея племянница, кажется, — подавала ей кэкъ и вино въ окно кареты на золотомъ блюдѣ. И насъ всѣхъ угощала кэкомъ и виномъ на золотомъ блюдѣ. И я пошелъ ѣсть кэкъ за карету, потому что она мнѣ такъ приказала.
— Былъ тамъ еще кто-нибудь? — спросилъ м-ръ Пэмбльчукъ.
— Четыре собаки, — отвѣчалъ я.
— Большія или маленькія?
— Громадныя, — отвѣчалъ я. — И онѣ дрались изъ-за телячьихъ котлетъ, поданныхъ въ серебряной корзинкѣ.
М-ръ Пэмбльчукъ и м-съ Джо глядѣли другъ на друга въ неописанномъ удивленіи. Я точно ополоумѣлъ, какъ злосчастный свидѣтель подъ пыткой, и насказалъ бы имъ чего угодно.
— Гдѣ же была эта карета, именемъ Бога? — спросила сестра.
— Въ комнатѣ миссъ Гавишамъ.