Со времени катастрофы, описанной въ предыдущей главѣ, миссисъ Тиббсъ ужасно боялась пускать къ себѣ молодыхъ дѣвицъ. Всѣ ея теперешніе постояльцы принадлежали къ сильному полу, и она воспользовалась ихъ присутствіемъ за обѣденнымъ столомъ, чтобъ сообщить имъ о предстоящемъ прибытіи миссисъ Блоссъ. Джентльмены приняли эту новость съ стоическимъ равнодушіемъ, а миссисъ Тиббсъ со всѣмъ усердіемъ принялась готовиться къ пріему хворой лэди. Комнату во второмъ этажѣ окнами на улицу скребли, мыли и протирали фланелью до тѣхъ поръ, пока сырость проникла сквозь потолокъ гостиной. Чистыя бѣлыя покрывала, занавѣски и салфетки, графины, прозрачные, какъ хрусталь, синіе кувшины и мебель краснаго дерева дополняли роскошь и увеличивали комфортъ помѣщенія. Въ него то и дѣло требовалась грѣлка, а каминъ топился ежедневно. Пожитки миссисъ Блоссъ доставлялись по частямъ. Сначала прибыла большая корзинка съ портретомъ и зонтикъ; за ними слѣдовалъ обозъ сундуковъ, потомъ пара калошъ и шляпная картонка, потомъ кресло съ надувной подушкой, затѣмъ множество свертковъ подозрительнаго вида и, наконецъ,-- сама миссисъ Блоссъ съ горничной Агнесой; послѣдняя нарядилась въ мериносовое платье вишневаго цвѣта, въ ажурные чулки и башмаки съ переплетомъ -- ни дать, ни взять костюмированная Коломбина.
Водвореніе герцога Веллингтона въ качествѣ канцлера Оксфордскаго университета въ смыслѣ суеты и суматохи было ничто сравнительно съ водвореніемъ миссисъ Блоссъ въ ея новой квартирѣ. Правда, тутъ не было блестящаго доктора гражданского права для поднесенія классическаго адреса по этому случаю, но къ подъѣзду сбѣжалось много старыхъ бабъ, которыя тараторили никакъ не меньше и нисколько не хуже понимали одна другую. Потребительница бараньихъ котлетъ до того утомилась переѣздомъ, что рѣшила не выходить изъ своей комнаты до слѣдующаго утра. Такимъ образомъ для поддержки ея силъ пришлось отправить наверхъ баранью котлету, пикулей, пилюль, бутылку портера и прочіе медикаменты.
-- Каково вамъ покажется, сударыня,-- обратилась любопытная Агнеса къ своей госпожѣ часа три спустя послѣ ихъ переселенія,-- каково вамъ покажется, вѣдь, наша-то хозяйка замужняя!
-- Замужняя,-- подхватила миссисъ Блоссъ, принимая пилюлю и спѣша запить ее портеромъ,-- замужняя! Не можетъ быть!
-- Увѣряю васъ, сударыня,-- настаивала Коломбина.-- И мужъ ея, знаете, живетъ -- хи! хи! хи!-- живетъ на кухнѣ, сударыня.
-- На кухнѣ!
-- Истинная правда, сударыня, и судомойка -- хи! хи! хи!-- судомойка сказывала, что хозяинъ никогда не показывается въ столовую, кромѣ какъ по воскресеньямъ. А жена-то заставляетъ его чистить сапоги постояльцамъ, да подчасъ и протирать оконныя стекла. Вотъ однажды раннимъ утромъ моетъ онъ съ балкона окошки въ гостиной и видитъ, что по ту сторону улицы идетъ ихъ бывшій постоялецъ; онъ возьми да и крикни ему сдуру: "Здравствуйте, мистеръ Кэльтонъ! Какъ поживаете, сэръ?"
Тутъ горничная залилась такимъ хохотомъ, что миссисъ Блоссъ серьезно опасалась, какъ бы съ ней не приключилась истерика.
-- Вотъ ужъ никакъ не думала!-- сказала озадаченная вдовица.
-- Какъ же, какъ же, сударыня. И съ вашего позволенія,-- служанки иногда угощаютъ бѣднягу разбавленнымъ джиномъ; тутъ онъ сейчасъ ударится въ слезы и говоритъ, что ненавидитъ жену и постояльцевъ, и что ему охота ихъ пощекотать.