-- О,-- возразилъ мистеръ Ивенсонъ самымъ успокоительнымъ тономъ -- онъ любилъ сѣять смуты,-- о, я надѣюсь, что мистеръ Тиббсъ тутъ не при чемъ! Онъ всегда казался мнѣ такимъ безобиднымъ.
-- Онъ такимъ и былъ обыкновенно!-- рыдала бѣдная маленькая миссисъ Тиббсъ, заливаясь слезами.
-- Тсс! тсс! прошу васъ... миссисъ Тиббсъ... опомнитесь! Вѣдь, на насъ могутъ обратить вниманіе... полноте... успокойтесь!..-- увѣщевалъ ее Джонъ Ивенсонъ изъ боязни, что весь его планъ можетъ такимъ образомъ рухнуть.-- Мы тщательно обсудимъ все хладнокровно, и я буду счастливъ помочь вамъ выяснить дѣло.
Миссисъ Тиббсъ пробормотала нѣсколько безсвязныхъ словъ благодарности.
-- Когда, по вашему соображенію, всѣ улягутся спать сегодня вечеромъ,-- съ важностью продолжалъ постоялецъ,-- то, если вы подойдете въ потемкахъ, безъ огня, къ самой двери моей спальни, у окна на лѣстницѣ, я думаю, что намъ удастся открыть настоящихъ виновныхъ. Послѣ того вы можете поступить, какъ найдете нужнымъ.
Миссисъ Тиббсъ легко поддалась внушенію искусителя. Ея любопытство и ревность были возбуждены до крайняго предѣла, и она уговорилась съ Ивенсономъ, какъ надо дѣйствовать. Преодолѣвъ свое волненіе, хозяйка продолжала заниматься своимъ вышиваньемъ, а почтенный Джонъ Ивенсонъ, какъ ни въ чемъ не бывало, прохаживался взадъ и впередъ по комнатѣ, заложивъ руки въ карманы. Игра въ криббеджъ окончилась, и снова завязался общій разговоръ.
-- Скажите-ка, О'Блири,-- спросилъ жужжащій волчокъ, проворно повернувшись на своемъ стержнѣ,-- какъ понравилось вамъ вчерашнее представленіе на вокзалѣ?
-- Какъ нельзя лучше!-- отвѣчалъ Орсонъ, приведенный въ неописуемый восторгъ всѣмъ видѣннымъ.
-- Небось, вы не видали ничего подобнаго выходу капитана Росса?
-- Нѣтъ,-- согласился ирландскій патріотъ съ своей обычной оговоркой,-- не видывалъ нигдѣ, кромѣ Дублина.