-- Я сейчасъ буду готова,-- отвѣчала Эдиѳь.
-- Подавать обѣдъ черезъ четверть часа!
Съ этими словами мистеръ Домби торжественно удалился въ свою комнату, а мистрисъ Домби въ свою уборную, чтобы переодѣться.
За обѣдомъ мистеръ Домби спросилъ;
-- Надѣюсь, мистрисъ Домби, вамъ нравится отдѣлка дома?
-- Да, конечно,-- отвѣчала Эдиѳь надменно и съ какой-то презрительной усмѣшкой.-- Здѣсь теперь все какъ слѣдуетъ.
Флоренса не могла надивиться на Эдиѳь: она такъ гордо и презрительно держала себя съ ея отцомъ, тогда какъ съ ней была такъ ласкова и добра. Трудно было повѣрить, что это была одна и та же женщина. Каждый взглядъ ея, обращенный на мистера Домби, былъ полонъ презрѣнія къ его богатству, каждое слово было полно гордости и высокомѣрія. Флоренса не подозрѣвала, что съ нею одной, въ цѣломъ мірѣ одной, Эдиѳь была кроткая и любящая; она не подозрѣвала, что къ ней одной во всю жизнь Эдиѳь обратилась съ словами любви и ласки.
Послѣ обѣда Флоренса ушла наверхъ за работой; когда она вернулась, всѣ уже разошлись по своимъ комнатамъ, и въ комнатѣ былъ одинъ мистеръ Домби. Онъ расхаживалъ взадъ и впередъ съ мрачнымъ видомъ.
Флоренса въ смущеніи остановилась въ дверяхъ.
-- Извините, папа, я вамъ, можетъ-быть, мѣшаю. Прикажете уйти?-- проговорила она.