ГЛАВА XXVI.
Мистеръ Домби мчится со скорымъ поѣздомъ во Францію, въ Дижонъ, въ погоню за своимъ смертельнымъ врагомъ. Ничего не видитъ и не замѣчаетъ кругомъ себя мистеръ Домби, и въ его сердцѣ одно желаніе -- захватить врасплохъ своего врага, настигнуть жену и вернуть ее въ свой домъ.
А мистеръ Каркеръ въ это время, растерянный и сбитый съ толку, не знаетъ, какъ поступать, какъ бы вырваться поскорѣй изъ этого ненавистнаго города. Эдиѳь обманула его и въ одну минуту разрушила всѣ тѣ хитрые планы, которые онъ обдумывалъ такъ долго. Они уѣхали вмѣстѣ изъ Лондона, но потомъ, чтобы избѣжать преслѣдованія мистера Домби, порѣшили разъѣхаться и встрѣтиться вновь уже въ Дижонѣ, и тутъ-то, во время этой встрѣчи, Эдиѳь сказала ему, что не любитъ и никогда не любила его, что уѣхала съ нимъ только потому, что иначе ей не удалось бы бѣжать отъ мистера Домби, и что съ этой минуты они не должны знать болѣе другъ друга. Она уѣхала отъ него, уѣхала совсѣмъ изъ города, а куда -- мистеръ Каркеръ не зналъ и растерялся до того, что не зналъ, куда дѣваться, на что рѣшиться.
Онъ любилъ Эдиѳь съ перваго взгляда, какъ увидалъ ее, гордую и прекрасную, онъ влюбился въ нее и мечталъ о ней наединѣ. Съ первой же минуты онъ понялъ тогда, что Эдиѳь не любитъ и презираетъ мистера Домби, и вотъ въ головѣ его мелькнула мысль, что подъ конецъ Эдиѳь не выдержитъ своего тяжелаго положенія въ домѣ мистера Домби и броситъ его, тутъ-то онъ могъ бы предложить ей свои услуги помочь бѣжать. Кто знаетъ, быть-можетъ, благодарная за его услуги, гордая красавица обратитъ на него вниманіе и полюбитъ своего избавителя? Онъ слѣдилъ за мистрисъ Домби, зналъ всю подноготную о ея жизни и съ каждой минутой убѣждался, что желанная минута близится. Онъ съ тайнымъ удовольствіемъ передавалъ ей волю мистера Домби и замѣчалъ, какъ вспыхивали гнѣвомъ ея глаза, какъ дрожали ея руки, и думалъ о томъ, что ей скоро понадобятся его услуги. О, этотъ человѣкъ умѣлъ втихомолку обдѣлывать свои дѣла! Въ тотъ день, когда мистрисъ Домби заговорила съ мужемъ о разводѣ, онъ замѣтилъ странную улыбку, появившуюся на ея лицѣ, и понялъ, что Эдиѳь не останется въ этомъ домѣ. Тогда мистеръ Каркеръ рѣшился переговорить съ нею. Онъ сказалъ ей о своей любви, и она слушала его; онъ предложилъ ей бѣжать, и она съ радостью согласилась, и въ сердцѣ его мелькнула надежда, что прекрасная Эдиѳь любитъ его и что для него наступаетъ долго ожидавшееся счастье. А теперь всѣ надежды его были разбиты: Эдиѳь обманула его и насмѣялась надъ нимъ. Вернуться къ прошлому для него невозможно; ради Эдиѳи онъ пожертвовалъ своимъ именемъ, своимъ мѣстомъ въ конторѣ и потерялъ все разомъ. Мистеръ Каркеръ зналъ, что каждую минуту мистеръ Домби можетъ настигнуть его и страшно отомстить за обиду, и не зналъ, куда дѣваться и на что рѣшиться,-- у него не было ни дома, ни родины, ни родныхъ, и некому было въ цѣломъ мірѣ пожалѣть его и дать ему пріютъ.
Сбитый съ толку и растерянный, мистеръ Каркеръ шагалъ по пустому и холодному номеру гостиницы и чувствовалъ, что ничего не можетъ придумать; чувствовалъ, что умъ у него мѣшается.
Вдругъ пронзительный звонокъ внизу заставалъ его вздрогнуть; онъ поднялъ голову, прислушался и измѣнился въ лицѣ: онъ услыхалъ англійскую рѣчь и узналъ голосъ мистера Домби. Мистера Каркера охватилъ ужасъ; онъ задрожалъ и быстро оглядѣлся: въ комнатѣ была одна только дверь. Выйти изъ нея -- значитъ лицомъ къ лицу столкнуться съ мистеромъ Домби, а между тѣмъ шаги приближались, и голосъ, страшно знакомый голосъ, слышался все ближе и ближе. Въ страхѣ мистеръ Каркеръ кинулся къ двери и заперъ ее кое-какъ дрожащими руками; онъ метался по комнатѣ, ища выхода, а врагъ уже былъ у дверей и принялся стучать, требуя, чтобы онъ отперъ. Мистеръ Каркеръ заглянулъ въ окно: оно было довольно высоко отъ земли, внизу было темно и пусто. Между тѣмъ дверь трещала уже подъ сильными ударами; еще минута -- и она упадетъ. Мистеръ Каркеръ поспѣшно вскочилъ на подоконникъ -- и черезъ минуту очутился уже на улицѣ.
Онъ бѣжалъ по пустынной улицѣ безъ остановки, не переводя духа, и умъ его мѣшался. Ему чудилась погоня, слышался голосъ мистера Домби, въ ушахъ звенѣлъ еще презрительный хохотъ Эдиѳи, и онъ бѣжалъ, бѣжалъ, не смѣя остановиться, и ужасъ придавалъ ему силы. Въ головѣ его носились какія-то обрывки мыслей; они толпились, крутились въ его головѣ, сбивали его съ толку. Холодный вѣтеръ дулъ ему прямо въ лицо; онъ не замѣчалъ этого, не замѣчалъ и того, что на его головѣ не было шляпы и что ночная тьма дѣлается все гуще и гуще. Вдругъ ему послышался стукъ колесъ. "Погоня!" мелькнуло въ его умѣ, и, весь дрожа, блѣдный отъ ужаса, онъ забился въ темный переулокъ, не смѣя шевельнуться.
Пустая коляска, запряженная четверкой лошадей, проѣзжала мимо него.
Онъ окликнулъ ямщика.
-- Эй, любезный! Вези меня на станцію! Я очень тороплюсь. Посмотримъ, какъ быстро скачутъ твои кони. Чѣмъ скорѣе покатишь, тѣмъ больше получишь на чай.