-- Ахъ ты, мечтательница,-- сказала она, слегка трепля Кадди по плечу.-- Ступай себѣ съ Богомъ. Мы съ тобой разстаемся друзьями. Прощай, Кадди, будь счастлива.
Тогда Кадди повисла на своемъ отцѣ и прикладывала его губы къ своимъ, управляя имъ какъ какимъ-нибудь больнымъ ребенкомъ. Все это происходило въ залѣ. Наконецъ, отецъ освободился отъ ея объятій, вынулъ изъ кармана платокъ и сѣлъ на ступеняхъ лѣстницы, облокотившись головою на стѣну. Должно быть, что онъ получалъ вообще отъ стѣнъ какое-нибудь утѣшеніе. Я по крайней мѣрѣ постоянно была этого мнѣніи.
Тутъ Принць взялъ жену свою подъ руку и съ волненіемъ на лицѣ и чрезвычайнымъ уваженіемъ обратился къ отцу, который въ настоящую минуту понималъ все величіе своей роли.
-- Благодарю, благодарю васъ, тысячу разъ благодарю, батюшка!-- произнесъ Принцъ, цѣлуя его руку.-- Я очень признателенъ вамъ за вашу доброту и вниманіе, которое вы обратили на мою женитьбу, и я могу васъ увѣрить, что Кадди вполнѣ раздѣляетъ мои чувства.
-- Вполнѣ,-- проговорила Кадди со вздохомъ:-- вполнѣ!
-- Мой милый сынъ,-- сказалъ мистеръ Торвидропъ:-- и милая дочь, я исполнялъ свой долгъ. Если душа одной незабвенной для меня женщины витаетъ теперь надъ нами и любуется на настоящій союзъ вашъ, то это уже, а равно постоянство вашей привязанности будутъ служить мнѣ наградою. Вы вѣрно не пренебрежете исполненіемъ своего долга, сынъ мой и дочь моя?
-- Никогда, милый батюшка!-- прокричалъ Принцъ.
-- Никогда, никогда, милый мистеръ Торвидропъ!-- проговорила Кадди.
-- Такъ и должно быть,-- отвѣчалъ мистеръ Торвидропъ.-- Дѣти мои, мой домъ вашъ, мое сердце ваше, мое все ваше. Я никогда не разстанусь съ вами; только одна смерть можетъ разлучить насъ. Милый сынъ мой, ты, кажется, хочешь отлучиться на недѣлю?
-- На недѣлю, милый батюшка. Ровно черезъ недѣлю мы воротимся.