-- Мало чего нѣтъ,-- замѣчаетъ Тони съ угрюмымъ видомъ, не измѣняя своей позы.-- Говори она, такъ мы могли бы вступить въ какую-нибудь фешенебельную бесѣду.
Убѣждаясь при этомъ, что пріятеля трудно навести на общительность, мистеръ Гуппи принимается за щекотливое средство упрековъ.
-- Тони,-- говоритъ онъ:-- я допускаю, что можно быть унылымъ, можно грустить, потому что я лучше всякаго другого знаю, что тоска неожиданно приходитъ къ человѣку и овладѣваетъ имъ; я лучше знаю потому, что одинъ очаровательный образъ постоянно напечатлѣнъ въ душѣ моей. Но все-таки есть условія, которыя должны быть соблюдаемы во всѣхъ обстоятельствахъ жизни, особенно, когда нѣтъ достаточной причины нарушить ихъ, а я не могу не признаться тебѣ, Тони, что твое поведеніе въ настоящую минуту не показываетъ въ тебѣ ни радушнаго хозяина, ни благовоспитаннаго джентльмена.
-- Это, кажется, выговоръ, Вильямъ Гуппи,-- замѣчаетъ мистеръ Вивль.
-- Можетъ быть, сэръ,-- отвѣчаетъ Вильямъ Гуппи:-- но это доказываетъ только, что я сильно чувствую, рѣшаясь на подобную мѣру.
Мистеръ Вивль допускаетъ мысль, что онъ не правъ и проситъ мистера Вильяма Гуппи не думать болѣе объ этомъ. Мистеръ Вильямъ Гуппи, получивъ нѣкоторый перевѣсъ въ преніи, не можетъ отказать себѣ, впрочемъ, въ удовольствіи произнести маленькое поученіе.
-- Эхъ, стыдись, Тони,-- говоритъ этотъ джентльменъ:-- тебѣ надо бы подумать, что ты оскорбляешь чувствительность человѣка, въ душѣ котораго напечатлѣнъ образъ любимой женщины, и который не можетъ быть счастливъ, потому что сердечныя струны, созданныя для самыхъ нѣжныхъ ощущеній, потрясены у него болѣзненно. Ты, Тони, обладаешь всѣмъ, что можетъ очаровать глазъ, все, чего можетъ требовать утонченный вкусъ. Не въ твоемь характерѣ -- къ твоему счастью, можетъ быть, чего, впрочемъ, я не могу сказать о себѣ -- не въ твоемъ характерѣ порхать около одного цвѣтка. Весь садъ стоитъ передъ тобою открытымъ и твои легкія крылья переносятъ тебя по всему его пространству. Однако, Тони, не дай Богъ, чтобы я осмѣлился оскорбить и твои чувства безъ причины.
Тони опять замѣчаетъ, что пора бы прекратить разговоръ объ этомъ, сказавъ съ нѣкоторымъ паѳосомъ:
-- Вильямъ Гуппи, плюнь на это!
Мистеръ Гуппи успокаивается, присовокупивъ: