Онъ останавливается. Леди Дэдлокъ спокойно досказываетъ его мысль:
-- И письма уничтожились вмѣстѣ съ этимъ человѣкомъ, не такъ ли?
Мистеръ Гуппи не сказалъ бы на это -- нѣтъ, хотя бы и могъ, точно такъ, какъ онъ не можетъ скрыть дѣйствительности.
-- Я думаю такъ, миледи.
Неужели онъ не замѣчаетъ въ ея лицѣ и искры душевнаго облегченія? Нѣтъ, ему бы не замѣтить этого даже и тогда если бы наружное спокойствіе миледи не смущало его.
Онъ произноситъ нѣсколько несвязныхъ словъ въ знакъ извиненія за свою неудачу.
-- Больше вы ничего не имѣете сказать?-- спрашиваетъ леди Дэдлокъ, выслушавъ его, или почти выслушавъ, потому что онъ говорилъ весьма несвязно.
Мистеръ Гуппи думаетъ, что ему больше нечего сказать.
-- Увѣрены ли вы, что вамъ больше, нечего сказать? Я васъ предупреждаю, это послѣдній случай говорить со мной.
Мистеръ Гуппи совершенно увѣренъ. И дѣйствительно въ настоящее время онъ ничего не имѣетъ и не желаетъ сказать ни подъ какимъ видомъ.