Я приподняла мой вуаль, но несовсѣмъ.
-- Всегда та же самая неоцѣненная Эсѳирь!-- сказалъ Ричардъ съ прежнимъ радушіемъ.
Я совсѣмъ откинула вуаль и, положивъ руку на обшлагъ Ричарда, сказала ему, смотря прямо въ лицо, какъ много благодарна я ему за его ласковый привѣтъ, и какъ я рада видѣть его; тѣмъ болѣе, что во время болѣзни я дала себѣ обѣщаніе увидѣться съ нимъ, и уже сообщила ему объ этомъ обѣщаніи.
-- Душа моя,-- сказалъ Ричардъ:-- нѣтъ въ мірѣ созданія, съ которымъ бы я такъ нетерпѣливо желалъ поговорить, какъ съ вами: я хочу, чтобъ вы меня поняли.
-- А я хочу, Ричардъ,-- сказала я, покачавъ головой:-- чтобъ вы тоже поняли одного человѣка.
-- Вы вѣрно намекаете на Джона Джорндиса,-- сказалъ Ричардъ:-- вѣдь вы на него намекаете?
-- Безъ сомнѣнія.
-- Въ такомъ случаѣ, я могу сказать вамъ сразу, что я очень радъ этому; но этому-то предмету я и хочу, чтобъ мени поняли -- и попали бы вы, моя милая Эсѳирь! Я не хочу давать отчета въ своихъ поступкахъ ни мистеру Джорндису, ни мистеру кому угодно.
Мнѣ было больно слушать его, и онъ замѣтилъ это.
-- Ну, хорошо, хорошо, душа моя,-- сказалъ Ричардъ:-- мы оставимъ объ этомъ. Я хочу явиться спокойно въ сельскій вашъ домъ, явиться съ вами подъ ручку и сдѣлать сюрпризъ моей очаровательной кузинѣ. Надѣюсь, что ваша преданность Джону Джорндису дозволитъ мнѣ это?