-- Она отправилась впередъ въ полицейскую управу,-- отвѣчаетъ мистеръ Боккетъ.-- Вы увидите ее тамъ, моя милая.
-- Я бы желала поцѣловать ее!-- восклицаетъ мамзель Гортензія, дрожа всѣмъ тѣломъ, какъ тигрица.
-- Вы ее укусите, того и гляди,-- говоритъ мистеръ Боккетъ.
-- О, и съ какимъ удовольствіемъ! (И Гортензія открываетъ глаза во всю величину ихъ). Я бы желала разорвать ее, изгрызть по частямъ.
-- Именно, моя милая,-- говорить мистеръ Боккетъ съ невозмутимымъ спокойствіемъ:-- я совершенно былъ готовъ услышать отъ васъ это. Особы вашего пола обыкновенно чувствуютъ сильнѣйшую ненависть къ тѣмъ женщинамъ, на которыхъ не походятъ. Я думаю, вы и въ половину не сердитесь такъ на меня?
-- Нѣтъ, хотя вы настоящій дьяволъ.
-- Ангелъ и дьяволъ по очереди, а?-- кричитъ мистеръ Боккетъ.-- Но я исполню свою обязанность, вы должны это помнить. Позвольте мнѣ надѣть пока на васъ шаль. Мнѣ случалось часто исправлять должность горничной. У васъ чего-то недостаетъ къ чепчику? Кэбъ стоитъ у подъѣзда.
Мамзель Гортензія, бросая взоръ негодованія на зеркало, манерится очень миловидно и смотритъ, надо ей отдать справедливость, чрезвычайно авантажно.
-- Послушайте, мой ангелъ,-- говоритъ она, послѣ нѣсколькихъ саркастическихъ ужимокъ.-- Вы очень умны. Но можете ли вы воз... возвратить его къ жизни?
-- Конечно, нѣтъ,-- отвѣчаетъ мистеръ Боккетъ.