-- Когда я видѣла миледи вчера, Джорджъ, то мнѣ казалось, что я слышу позади ея таинственные шаги, какіе раздаются обыкновенно на площадкѣ Замогильнаго Призрака.
-- Э, подите, подите! Вы пугаете себя старыми, пустыми розсказнями, маменька.
-- Вовсе нѣтъ, мой милый. Вовсе нѣтъ. Вотъ уже скоро шестьдесятъ лѣтъ, какъ я живу въ этомъ семействѣ, а между тѣмъ я прежде никогда не боялась ничего подобнаго. Но теперь все разрушается, мой милый; знаменитая старая фамилія Дэдлоковъ разрушается.
-- Надѣюсь, что нѣтъ, маменька.
-- Я очень благодарна судьбѣ, что я довольно долго жила здѣсь, чтобы раздѣлять съ сэромъ Лэйстеромъ его страданія и безпокойства; я знаю, что я не такъ еще стара и не такъ безполезна, чтобь онъ предпочелъ мнѣ кого нибудь въ настоящемъ случаѣ и въ теперешней моей должности. Но шаги на площадкѣ Замогильнаго Призрака доканаютъ совершенно миледи, Джорджъ; нѣсколько дней тому назадъ шаги эти слышались позади ея, теперь же они равняются съ нею и даже опережаютъ ее.
-- Все это такъ, милая маменька; но я скажу вамъ опять, что я противнаго мнѣнія.
-- Ахъ, я сама желала бы этого,-- отвѣчаетъ старика, качая головою и разводя руки:-- но если мои опасенія справедливы, и ему необходимо будетъ узнать объ этомъ кто скажетъ ему тогда всю правду!
-- Это ея комнаты?
-- Это комнаты миледи въ томъ самомъ видѣ, какъ она оставила ихъ.
-- Именно, теперь,-- говоритъ кавалеристъ, посматривая вокругъ себя и понижая голосъ:-- я начинаю понимать, какимъ образомъ вы усвоили себѣ вашъ взглядъ на вещи. Комнаты представляютъ всегда что-то страшное, когда онѣ, подобно этимъ, приготовлены для особы, которую вы привыкли видѣть здѣсь, но которая между тѣмъ въ отсутствіи по какой-то странной причинѣ; это хоть на кого навѣетъ непріятныя мысли.