-- Мы не были ни въ чьихъ рукахъ, съ тѣхъ поръ, какъ, три мѣсяца тому назадъ, лѣсникъ сквайра остановилъ отца изъ-за двухъ кроликовъ, но и тогда противъ отца не могли представить никакихъ доказательствъ, и его тотчасъ выпустили. Если этотъ лѣсникъ будетъ такъ поступать и впредь, то ему не сдобровать.
Миссъ Гвенліана весело разсмѣялась и я еще болѣе разсердился, думая, что она мнѣ не вѣритъ. Я всталъ и, надувшись, пошелъ домой, но миссъ Гвенліана догнала меня и успокоила, объяснивъ, что ея тетка только хотѣла знать, были ли у насъ въ домѣ больные. На это я далъ вполнѣ удовлетворительный отвѣтъ и старуха, не возражая болѣе, послѣдовала за мною и своей племянницей.
Матери не оказалось дома и мы должны были подождать ее нѣсколько времени, такъ какъ миссъ Гвенліана объявила, что не уйдетъ не повидавшись съ нею. Старуха между тѣмъ спрашивала меня очень покровительственнымъ тономъ, сколько мнѣ лѣтъ, хожу ли я въ школу, какой работой я занимаюсь, хорошо ли веду себя и т. д. Большая часть такъ называемыхъ господъ полагаютъ, что они вправѣ предлагать подобные вопросы бѣднякамъ, которыхъ они удостаиваютъ своимъ посѣщеніемъ. Я часто думалъ, что бы сказали знатные люди, еслибъ бѣднякъ, зайдя въ богатый замокъ, сталъ бы такимъ образомъ обращаться съ его обитателями.
-- Представьте себѣ, разсказывала бы потомъ почтенная лэди, мотая головой: -- я никогда бы этому не повѣрила, еслибъ не слышала своими ушами. Простой поселянинъ вошелъ въ мой будуаръ, даже не постучавъ въ дверь, и спросилъ меня, хорошо ли учатся мои дѣти, какъ обращается со мною мой мужъ, отложила ли я что на черный день и, наконецъ, замѣтилъ, что въ корридорахъ и на лѣстницахъ не довольно чисто! Я бы желала знать, какое ему до этого дѣло!
-- Я едва не упала въ обморокъ, прибавила бы старшая дочь:-- онъ спросилъ меня, сколько мнѣ лѣтъ, совѣтовалъ не одѣваться съ такой излишней роскошью и предупреждалъ, что я раскаюсь въ расходованіи столько денегъ на ненужныя прихоти. Это просто дерзкій негодяй!
-- Еще бы, поддакнулъ бы самъ лордъ:-- онъ мнѣ сказалъ, что я глупо дѣлаю, занимая деньги, пожалѣлъ, что я слишкомъ много пью вина и выразилъ желаніе, чтобъ я одумался. Я велѣлъ лакеямъ выгнать его въ шею.
-- И по дѣломъ, воскликнулъ бы наслѣдникъ лорда: -- этотъ разбойникъ вздумалъ мнѣ читать мораль, сожалѣлъ, что я рѣдко хожу въ церковь и рекомендовалъ мнѣ прочесть назидательную брошюру противъ моей привычки клясться.
И все семейство признало бы въ одинъ голосъ, что, допустивъ подобное вмѣшательство въ чужія дѣла, нельзя будетъ жить на свѣтѣ и что низшіе классы не должны смотрѣть выше своего носа. Такимъ образомъ, то, что въ богатомъ человѣкѣ называется милостивымъ вниманіемъ -- въ бѣдномъ принимаетъ характеръ дерзости. Бѣдный человѣкъ долженъ съ благодарностью привѣтствовать посѣщеніе богатаго или знатнаго во всякое время и смиренно отвѣчать на всѣ его вопросы, хотя бы они предлагались каждый разъ одни и тѣ же и предлагающій ихъ вовсе не интересовался бы отвѣтами. Впрочемъ, миссъ Гвенліана не принадлежала къ этому разряду людей и ее съ радостью встрѣчали въ каждой хижинѣ; но она была одна изъ тысячи и я никогда не встрѣчалъ другого человѣка, богатаго или знатнаго, который бы умѣлъ прилично обращаться съ бѣднымъ человѣкомъ въ его жилищѣ.
Но возвратимся къ моему разсказу. Дожидаясь моей матери, старуха осыпала меня вопросами и давала мнѣ добрые совѣты, какъ вдругъ странное поведеніе моего брата Билля положило конецъ ея краснорѣчію. Онъ и моя сестра. Пегги, послѣдовали за нами въ домъ, засунувъ пальцы въ ротъ, какъ всегда дѣлаютъ дѣти, приведенныя въ тупикъ. Маленькій Билль, никогда не видавшій роскошнаго туалета, очень заинтересовался бархатной кофтой, надѣтой на теткѣ миссъ Гвенліаны. Сначала онъ только глазѣлъ на бархатъ, но потомъ сталъ гладить его своими грязными руками и дергать за концы кофты. Онъ стоялъ за спиной старухи, такъ что она не могла видѣть, что онъ дѣлалъ; но даже еслибъ она повернулась и взглянула на него, то его пальцы съ быстротою молніи всовывались въ ротъ и все обстояло благополучно. Однако, ей не нравилось, что онъ находится за нею и она, мало по малу, пододвинула свой стулъ въ плотную къ стѣнѣ, такъ что видѣла всѣ его дѣйствія. Тутъ внезапно геніальная мысль осѣнила его голову. У насъ былъ котенокъ, котораго Билль очень любилъ, и, полагая, что его четвероногому другу доставитъ такое же удовольствіе, какъ ему, поиграть съ странной гладкой матеріей, онъ пошелъ за котенкомъ, принесъ его и, молча, бросилъ на кофту старухи. Конечно, бѣдный котенокъ очень перепугался, сунулъ свои когти въ бахраму и съ громкимъ мяуканьемъ обратился въ бѣгство, очень недовольный Биллемъ. Старуха перепугалась еще болѣе котенка, вскочила со стула и стала кричать во все горло; но потомъ она, мало по малу, успокоилась и замолчала, когда Пегги положила конецъ продѣлкамъ брата, ударивъ его по головѣ и прогнавъ на улицу, гдѣ онъ могъ на свободѣ ревѣть или играть съ другими дѣтьми.
Наконецъ, мать вернулась и миссъ Гвенліана объяснила ей, что со мной случилось, просила позволенія прислать доктора и обѣщала сама навѣщать меня. Потомъ она и ея тетка сѣли въ карету и уѣхали. Мнѣ очень было жаль, что она уѣхала и я долго сидѣлъ, молча припоминая ея наружность и каждое ея слово.