Я только могъ пробормотать сквозь зубы:
-- Не знаю.
-- Не знаю! повторилъ онъ рѣзко: -- не говорите вздора. Я вижу, что вы здѣшній, и, конечно, знаете, что такое визгъ кролика. И я бы желалъ знать, зачѣмъ вы шляетесь въ моемъ паркѣ съ такой большой палкой въ рукахъ?
Я былъ такъ смущенъ, что не съумѣлъ сказать, что я шелъ въ его домъ по приглашенію миссъ Гвенліаны, а пробормотать:
-- Я всегда, сэръ, гуляю съ этой палкой.
-- Гм! произнесъ онъ:-- а что это на кончикѣ палки. Дайте ее сюда.
Я взглянулъ на палку, и что же я увидѣлъ? На ея кончикѣ торчалъ маленькій кусокъ шкурки кролика. Нечего сказать, пренепріятный это былъ кроликъ; во-первыхъ, зачѣмъ онъ сунулся мнѣ подъ ноги, когда я объ немъ и не думалъ, во-вторыхъ, зачѣмъ онъ своимъ визгомъ направилъ на меня сквайра и, наконецъ, зачѣмъ оставилъ на моей палкѣ кусокъ своей шкуры, какъ улику противъ меня? Я подалъ, молча, палку и хотѣлъ убѣжать, но сквайръ схватилъ меня за горло.
-- Ахъ, разбойникъ! воскликнулъ онъ, встряхивая меня изо всей силы: -- ты мнѣ, пожалуй, скажешь, что всегда натыкаешь на свою палку кусочки кроличьей шкуры! Я теперь понимаю, въ чемъ дѣло. Отдай мнѣ сейчасъ кролика.
Говоря это, онъ обшарилъ мои карманы и вытащилъ кролика, еще теплаго.
-- Мошенникъ! Лжецъ! Обманщикъ! воскликнулъ онъ внѣ себя отъ злобы:-- а! вотъ какъ ты проводишь воскресенія! Гуляешь, какъ господинъ, по моему парку и убиваешь моихъ кроликовъ у меня подъ носомъ. Но я тебя научу разбойничать!