-- Как должное? Я не понимаю.
-- Послушай, Храпунов, мы издавна считались приятелями, близкими, любезными, и я по-прежнему хочу остаться таким. Вражды между нами не должно быть, что было, то прошло, и в знак того дозволь мне обнять тебя по-братски! -- И, сказав это, князь Иван крепко обнял и поцеловал Храпунова, после чего продолжал: -- Левушка, когда я про приданое заговорил, ты упрекнул меня, сказав, что подачки не желаешь, а я повторяю, что это -- не подачка, а должное... Отец и я, оба мы должны дать приданое за Марусей, понимаешь? Должны!
-- А я, князь, опять спрашиваю, почему должны?
-- Да потому, что... Маруся нам -- не чужая.
-- Как ты сказал, князь? -- с удивлением воскликнул Левушка.
-- Я говорю, что Маруся нам родная, и потому мы обязаны выдать ей приданое.
-- Странные слова ты говоришь, князь, странные! Как может быть цыганкина внучка родственницей вам?
-- Ты все узнаешь, все, только не теперь... Прошу, Левушка, не говори Марусе ни слова об этом.
-- Эта таинственность, князь, удивляет меня.
-- Потерпи, приятель!.. Говорю, все узнаешь.