-- Вы, княгиня, просите за мужа?
-- За него, ваше императорское величество.
-- Ваши просьбы напрасны, княгиня. Ваш муж слишком много взял на себя. В своих поступках он совсем забыл, что император российский -- я, а не он. Он злоупотреблял доверием покойной императрицы: царствовала не она, а Меншиков. Ему хотелось точно так же властвовать и в мое царствование, но это ему не удастся. Нет, довольно! -- громко и с волнением проговорил император-отрок, быстро расхаживая по кабинету.
-- Не о власти просит мой муж, ваше величество, а о снисхождении.
-- Довольно; он и то не в меру пользовался моим снисхождением... его надо бы предать строгому суду, но я не хочу этого, помня старые заслуги Меншикова.
-- Государь, соблаговолите дать нам разрешение уехать в какую-нибудь нашу вотчину.
-- Куда вам ехать, вы об этом получите указ.
-- Ваше императорское величество, прошу вашей пощады не ради мужа, а ради моих дочерей и сына, ни в чем неповинных перед вашим величеством. Окажите им милость, государь.
-- Хорошо, я посмотрю... Оставьте меня, княгиня, я занят.
Но княгиня Дарья Михайловна, громко рыдая, опять опустилась на колени перед государем. Тогда он, не говоря уже более ни слова, вышел из своего кабинета, оставив просительницу.