Молодой человѣкъ, тоже блѣднѣя, слегка отдѣлилъ голубое платьице отъ мраморнаго тѣла и нетвердою рукою вытащилъ букашку изъ убѣжища.
Варя и молодой человѣкъ оба едва могли перевести духъ и оба тяжко вздохнули: одна -- отъ испуга, другой -- не знаю отчего.
-- Ну, пойдемте же, сказала Варя.
Юноша шелъ за своей спутницей и рѣшительно не зналъ, что заговорить. Онъ не могъ понять, что съ нимъ происходило. Наконецъ онъ ее остановилъ.
-- Варя, послушайте...
-- Что? отвѣтила та, робко взглянувъ на блѣдное лицо молодаго человѣка.
-- Знаете ли вы, что такое блаженство?
Варя слегка потупилась.
-- Божія коровка... твердилъ, мѣшаясь въ словахъ, Озеровъ и, взявъ Варю за руку... я самъ не знаю, но вы не повѣрите, какъ я счастливъ... какъ сладко мнѣ смотрѣть въ ваше небесное лицо, Варя.
Дѣвушка вспыхнула, какъ заря, и устремила глаза въ землю. Она не могла ни стоять, ни отойти. Она только чувствовала, что рука ея лежала въ рукѣ спутника. Молодой человѣкъ, самъ, покоряясь неодолимой, всѣмъ имъ овладѣвшей силѣ, обнялъ стоящую передъ нимъ дѣвушку и прильнулъ жаркими устами къ ея губамъ.