-- Святая душа на костыляхъ! Подъ нимъ земля разсыплется, онъ и не услышитъ. А вонъ за Княжьей Степью уже жгутъ! Маркизиху разгромили, у купца Булкина хуторъ сожгли.
-- У насъ ничего такого нѣтъ. Не слышно. Ничего не слышно. Тихо.
-- Тихо, вы думаете?-- Становой недовѣрчиво прищурился на батюшку.-- А собранія-то эти! Тутъ у васъ, говорятъ, настоящая кон-сти-ту-ція! Учитель этотъ вашъ о равноправіи рѣчи произноситъ (для ироніи становой сказалъ -- "рэчи"), барышня какая-то, изъ острожныхъ героинь, въ крестьянскій союзъ гвардію набираетъ... Не слыхали, нѣтъ?
Батюшка плотно запахнулся въ рясу и замкнулъ лицо свое на всѣ замки.
-- Не знаю? Откуда мнѣ? Я -- человѣкъ старый, мнѣ умирать пора...
Становой поглядѣлъ на его темное, сердитое лицо и, перемѣнивъ насмѣшливый тонъ на обыкновенный, заговорилъ о другомъ.
-- А я, знаете, насчетъ недоимокъ... Не любятъ платить, подлецы! Свадьбы справляютъ, а подати -- это подождетъ! Повѣрите, штука какая: вотъ тутъ, въ Лебяжьемъ, мужичишка одинъ сына женилъ, такъ, можете представить, 80 цѣлковыхъ пропили, а? Нельзя, говоритъ, у насъ мода такая, осудятъ... 8 красныхъ на водку,-- это у нихъ мода называется! А на подати -- ни копья! Вотъ вѣдь народъ какой, а туда же: кон-сти-туція! Да на чорта ему эта консътуція... извините, батюшка, за выраженіе. Да кабы моя воля, я бы имъ та-акую конституцію показалъ, мое почтеніе!..
Онъ долго еще говорилъ на эту тему -- и когда закусывалъ, и когда чай пилъ, но, видимо, все время его что-то безпокоило, обурѣвали какія-то сомнѣнія, и уже при прощаніи, совсѣмъ одѣтый, въ шинели и при шашкѣ, онъ, наконецъ, прорвался.
-- Вѣдь главная штука какая, о. Симеонъ!-- зашепталъ онъ прямо въ ухо батюшкѣ, обдавая его запахомъ пива и селедки.-- Вѣдь такое времячко подошло, не знаешь, на которую сторону податься... неизвѣстно, чья сила возьметъ! Тутъ тебѣ манифестъ, а тутъ -- присяга, а кому подражать -- никакого указанія нѣту... И такъ и эдакъ ошибиться можно! Положеніе, я вамъ скажу... хуже губернаторскаго! А?
-- По совѣсти, по совѣсти поступайте!-- буркнулъ батюшка, стараясь отвратить лицо свое отъ противнаго ему запаха спиртного и испытывая нестерпимое томленіе отъ того, что становой замедлился уѣзжать. Къ Богу, къ Богу прибѣгайте... все земное прейдетъ... Богъ же не прейдетъ никогда. Творите волю Его!