-- Ну, а что-жъ дѣлать-то, по-твоему?-- крикнулъ опять тотъ же сердитый мужикъ.
-- Я уже вамъ говорилъ на собраніи,-- отвѣтилъ учитель.-- Силу копить надо, готовиться, все равно, какъ на войнѣ...
-- Это, стало быть, опять ждать? Будя!-- перебилъ его мужикъ. Ждали, ждали, да и. жданки всѣ поѣли... терпѣнья болѣ нѣту!
На шумъ и разговоры изъ темноты подходили еще и еще люди, останавливались, слушали и сосредоточенно смотрѣли на грозное око, мигающее на грани неба и земли.
-- Палятъ!-- весело закричалъ новый пронзительный голосъ,-- точно осипшій пѣтухъ запѣлъ.-- Ой, кому-й-то и жарко!.. Погрѣться бы!
Въ толпѣ задвигались и засмѣялись, слышно было, какъ кого-то звучно ударяли по спинѣ.
-- Алала пришелъ... Алала! Гдѣ была, еловая голова?
-- Я-то голова!.. полдиковинки выпилъ, малый! Вонъ дѣ былъ, на барскомъ дворѣ! Поднесли... мнѣ вездѣ подносятъ! Сироту Богъ любитъ.
-- Да зачѣмъ тебя туда носило, на барскій дворъ-то?
-- Зачѣмъ-зачѣмъ... У меня кума тама. Гуляю, братцы,-- затряслися всѣ лохмотки, заплясали лоскуты! Э-э-их-ма!