Петров лишь захотел -- Виргилий стал заика!
В настоящее же время этот перевод решительно неудобен для чтения, хотя, если разобрать обстоятельнее, найдешь, что Петров хорошо понимал Виргилия и редко изменял его мысль: он делал из одного стиха три, но этим только ослаблял, а не искажал Виргилия. Мы сличали с этим переводом несколько мест из перевода г. Шершеневича, где он переводит неверно, и нашли, что у Петрова была мысль правильнее, но выражена также дурно.
В то же время Санковский занимался переводом и вместе изъяснением "Энеиды"; но он перевел только три песни.26*
Несколько отрывков из "Энеиды" переведено на русский язык Мерзляковым.27*
Вторая и четвертая песнь переведены были г. Деларю.28*
Первую книгу переводил Ветринский.29*
Вторая книга переведена Жуковским.30*
Две последние попытки более других замечательны. Г-н Ветринский издал перевод 1-й песни, вместе с подлинником, в 18<20 году>. Перевод его чрезвычайно близок к подлиннику. Почти каждое слово передает он соответственным словом на нашем языке. В этом отношении перевод г. Ветринского лучше всех других; но в нем есть важный недостаток, отнимающий у него половину достоинства. Для более верной передачи подлинника переводчик насилует русский язык: оттого у него неупотребительные слова, латинские обороты, латинская конструкция... Этот недостаток, соединяясь еще с тем обстоятельством, что перевод этот издан за тридцать лет назад, лишает его литературного значения в наше время.
Перевод Жуковского так же прелестен, как и все другие его переводы. Он даже удачнее других: у нашего поэта так много общего с Виргилием в душевной настроенности, и избранный Жуковским эпизод так был сроден его душе, так проникнут был именно тем духом, теми чувствами, которые особенно хорошо умел выражать Жуковский, что перевод его совершенно сохранил на себе общую печать подлинника... Но, рассматривая его по стиху, сличая с подлинником, найдем и в нем некоторые отступления, неточности, найдем, что в иных местах переводчик не возвысился до совершенного выражения мысли поэта, в иных местах он вставил свою мысль -- поэтически прекрасную, но не находящуюся в подлиннике.
Но все это были отрывки. Полного перевода "Энеиды" со времени Петрова не было. В 1851 году "Современник" начал печатать полный перевод "Энеиды", в гекзаметрах. Переводчик был г. Шершеневич. Нам не случалось прежде встречать его произведений в наших периодических изданиях, и имя его было нам известно только по отрывку из того же перевода "Энеиды", напечатанного в "Библиотеке для чтения", 1845 г., No 5, под названием: "Бой". Как бы то ни было, это свидетельствует, что г. Шершеневич давно уже занимался своим переводом и имел время обделать его тщательно и добросовестно... Шесть или семь лет труда, при основательном знании обоих языков, при некотором поэтическом такте, много могли сделать. Но, к сожалению, перевод г. Шершеневича не удовлетворил нашим ожиданиям. Мы прочли его, сличали в разных местах с подлинником и нашли, что перевод и отступает от подлинника, и несравненно слабее выражает мысли, выраженные Виргилием, и очень небезукоризнен в литературном отношении. А достоинство перевода, по нашему мнению, находится в нераздельной связи с изяществом выражения. Как бы ни был верен перевод, но если он поражает неправильностью, тяжелыми и неловкими выражениями,-- он не может служить верным отражением прекрасного подлинника... О неверностях с подлинником мы будем говорить особо; а теперь скажем несколько слов о языке перевода, без отношения к подлиннику. Чтобы не растянуть слишком своих замечаний и чтобы не ходить далеко за справками, мы берем только первые четыре книги и представим из них несколько образцов того, как выражается переводчик. Это не повредит делу, потому что язык перевода одинаков как в первой, так и в последней книге.