"-- Я даю вам свое сердце, -- сказали Черные Глаза.
"Негритянка жадно смотрела на него.
"-- Тебе хочется, Куку? -- спросила ее госпожа. -- Лови!..
"И она бросила ей сердечко в рот, точно собаке...
"Может быть это покажется тебе странным, Жак, но когда я услышал, как захрустел сахар в зубах негритянки, дрожь пробежала по моему телу. Мне казалось, что это черное чудовище пожирает сердце Черных Глаз.
"Ты, конечно, думаешь, Жак, что после этого все было порвано между нами? Но если бы ты заглянул на следующий день в гостиную Ирмы Борель, ты застал бы ее разучивающей под руководством горбатого профессора роль Гермионы, а в углу, на ковре, рядом с ее какаду, ты увидел бы молодого турка, который сидел, поджавши ноги, с чубуком во рту... Да, у вас весьма характерная голова, Дани-Дан!
"Но, спросишь ты, узнал ли ты, по крайней мере, ценою своей низости то, что тебе хотелось знать, узнал ли ты, где она бывает ежедневно от восьми до десяти часов утра? Да, Жак, я узнал это, но только сегодня утром, после страшной сцены, -- последней, клянусь тебе! -- сцены, которую я собираюсь рассказать тебе... Но, тсс!.. Кто-то взбирается по лестнице... О, если это она! Если она опять овладеет мною!.. Да, она способна на это, несмотря на все, что произошло между нами. Погоди!.. я запру дверь на ключ... Теперь она не войдет, не бойся...
"Она не должна войти...
"Полночь.
"Это была не она, а ее негритянка... Белая Кукушка теперь ложится, я слышу за перегородкой раскупоривание бутылки и ужасный припев... толокототиньян... Теперь она храпит... точно маятник больших часов.