-- За такія одолженія, дитя мое,-- отвѣчалъ Сезэръ внѣ себя отъ благодарности,-- платятъ дружбой, которой нѣтъ конца...
А на вокзалѣ, куда его проводилъ Госсэнъ, чтобы на этотъ разъ убѣдиться въ его отъѣздѣ, онъ повторялъ, со слезами на глазахъ:
-- Что за женщина, что за сокровище!.. Ее надо сдѣлать счастливой, говорю тебѣ...
Жанъ былъ разстроенъ этимъ приключеніемъ: онъ чувствовалъ, что цѣпь его, и безъ того тяжелая, смыкается все тѣснѣе, и что сливаются двѣ вещи, которыя онъ по врожденной чуткости старался всегда сдѣлать раздѣльными и различными: его семья и его любовь. Теперь Сезэръ посвятилъ его любовницу въ свои работы, въ свои наслажденія, разсказалъ ей новости Кастеле; Фанни осуждала упрямство консула въ вопросѣ о виноградникахъ, говорила о здоровьѣ матери, раздражала Жана неумѣстными совѣтами и заботливостью. Но ни одного намека на оказанную услугу или на старое приключеніе Фена,-- на это пятно дома Арманди, которое дядя не счелъ нужнымъ скрыть отъ нея. Всего разъ она воспользовалась этимъ, какъ оружіемъ для отраженія удара, при слѣдующихъ обстоятельствахъ:
Они возвращались изъ театра и садились въ карету, подъ дождемъ, на площади, возлѣ бульваровъ. Экипажъ (то былъ старый фургонъ, ѣздящій по городу только послѣ полуночи), долго не могъ тронуться съ мѣста, кучеръ заснулъ, лошадь помахивала мордой. Пока они сидѣли въ ожиданіи, подъ защитой крытаго экипажа, къ дверцѣ спокойно подошелъ старый извозчикъ, занятый прилаживаньемъ нахвостника къ кнуту и державшій его въ зубахъ; онъ обратился къ Фанни хриплымъ голосомъ, выдыхая винные пары:
-- Добрый вечеръ... Какъ поживаешь?
-- А, это вы?
Она вздрогнула. но быстро оправилась и тихо сказала своему возлюбленному: "Это мой отецъ!.."
Ея отецъ, плутъ, въ длинной грязной хламидѣ, когда-то служившей ливреей, съ оторванными металлическими пуговицами, обращавшій къ нимъ въ газовомъ освѣщеніи свое раздутое, отечное отъ алкоголя лицо, въ которомъ Госсэну всѣ же почудился правильный и чувственный профиль Фанни и ея большіе жизнерадостные глаза!.. Не обращая вниманія на мужчину, сопровождавшаго его дочь, словно не видя его, папаша Легранъ сообщалъ ей домашнія новости.
-- Старуха уже двѣ недѣли, какъ лежитъ въ больницѣ Неккеръ; здоровье ея плохо... Сходи-ка навѣсти ее въ ближайшій четвергъ, это ее подбодритъ... У меня, слава Богу, брюхо здоровое, какъ всегда; хорошъ нахвостникъ -- хорошъ и кнутъ. Вотъ только доходы неважные... Если бы тебѣ понадобился хорошій извозчикъ помѣсячно, мнѣ это было бы на руку... Не надо? Тѣмъ хуже для насъ -- и до свиданья, до новой встрѣчи!..