-- Его сделал мингер Бирмингем, -- сказала она.
-- Бирмингем! -- воскликнул Ламберт. -- В Англии есть такой город. Покажи-ка мне!
-- Немудрено, что ты ошиблась, -- сказал он, наклонившись к огню и пристально рассматривая клеймо. -- Ящичек сделан в Бирмингеме, а фамилия напечатана такими маленькими буквами, что ее трудно прочитать... Нет, я не могу разобрать!
-- Дай, я попробую, -- вмешался Петер. -- По-моему, буквы совершенно ясны. Т... О... Да, первая буква Т...
-- Ну, если ты будешь читать таким образом, то мы немного узнаем! -- воскликнул Ламберт. -- Т и О будет ТО. А что же дальше?
-- Постой... ТО... ТО... Томас Гигс -- вот что!.. А теперь идем: мы задерживаем Ганса.
Он обернулся, чтобы проститься с добрыми хозяевами, но вдруг остановился. Что это с ними сделалось? Рафф и Ганс вскочили и с изумлением глядят на него. У Гретель какой-то дикий вид; Метта, держа в руке незажженную свечу, мечется из стороны в сторону и кричит:
-- Ганс, Ганс, где твоя шапка?.. Скорее! Скорее!
-- Бирмингем! Гигс! -- воскликнул Ганс. -- Ведь вы сказали "Томас Гигс"! Ну, значит, мы нашли его... Я должен сейчас же идти!..
-- Видите, молодые господа, -- пробормотала Метта, схватив с кровати шапку Ганса. -- Мы... мы знаем его. Он наш... впрочем, нет... Я хочу сказать... Ах, Ганс, ты должен сию же минуту бежать в Амстердам!