-- Не могу, -- ответил Ханс и нагнулся, чтобы сунуть ноги в свои огромные башмаки.
Что-то в его лице подсказало Питеру, что продолжать расспросы не надо. Он попрощался с Хансом и, когда тот уходил, задумчиво посмотрел ему вслед.
Спустя минуту Питер крикнул:
-- Ханс Бринкер!
-- Да, мейнхеер?
-- Я беру обратно все, что говорил о докторе Букмане.
-- Хорошо, мейнхеер.
Оба рассмеялись. Но у Питера улыбка сменилась удивленным выражением лица, когда он увидел, как Ханс, дойдя до канала, стал на одно колено и принялся надевать деревянные коньки.
-- Очень странно, -- пробормотал Питер, покачав головой, и повернулся, чтобы войти в дом. -- Почему же он не бегает на своих новых коньках?