(Счастье, что тетушка Бринкер сдержалась: говорить о Яне после жестокого разочарования, испытанного этой ночью, значило породить такие огорчения и подозрения, каких Рафф не вынес бы.)
-- На чем ты остановился? Да почти на том же месте: парень еще не успел отдать тебе часы. Ах, вряд ли он добыл их честным путем!
-- Ну что ты, вроу! -- воскликнул Рафф обиженно. -- Часы были его собственные -- ясно, как день.
-- Как же он дошел до того, что отдал их? -- спросила тетушка Бринкер, бросив беспокойный взгляд на огонь, в который пора было подбавить торфу.
-- Я тебе про это уже рассказывал, -- ответил Рафф, недоумевающе глядя на нее.
-- Расскажи еще разок, -- сказала тетушка Бринкер, благоразумно стараясь помешать ему снова уклониться в сторону.
-- Так вот, перед тем как выскочить из лодки, он отдает мне часы и говорит: "Я бегу, покидаю родину, хотя никогда не думал, что придется... Я доверяюсь вам, потому что уверен в вашей честности. Отнесите эти часы моему отцу... не сегодня, а через неделю, и скажите, что их посылает его несчастный сын. И еще скажите, что, если он когда-нибудь пожелает, чтобы я вернулся к нему, я не побоюсь ничего и приеду. Скажите ему, чтобы он послал письмо на имя... на имя..." Ну вот, все остальное вылетело у меня из головы. Не могу вспомнить, куда надо было послать письмо. Бедный малый! Бедный малый! -- горестно проговорил Рафф и взял часы, лежавшие на коленях жены. -- Так часы и не попали к его отцу.
-- Я отнесу их, Рафф, не беспокойся... Отнесу, как только вернется Гретель. Она скоро придет домой. А как ты сказал, как звали его отца? Где ты должен был разыскать его?
-- В том-то и горе! -- ответил Рафф, очень медленно выговаривая слова. -- Все с меня точно соскользнуло. Я вижу лицо молодого человека и его большие глаза так ясно, словно он стоит передо мной... и я помню, как он открыл часы, выхватил из них что-то и поцеловал... а больше ничего не помню. Все остальное словно вихрем унесло, и, когда я пытаюсь вспомнить, мне чудится шум наводнения...
-- Да, оно и видно, Рафф... Но я то же самое чувствовала после лихорадки. Ты устал... надо сейчас же уложить тебя в постель... Да куда ж она запропастилась, эта девчонка, хотела бы я знать?