К нему обращались в разговорах не иначе как "барон". Ему писали: "барон".
Простой народ, обращаясь к нему с жалобами, ища защиты, писал ему на конвертах:
-- Его сиятельству барону Герцо-Виноградскому.
"Барон Икс" был то, что называется "горячей головою".
Пылкий, увлекающийся, -- его жара не охладило даже путешествие по Сибири.
Вернувшись из этого путешествия в Одессу, он сразу сделался кумиром всего юга5.
Он писал смело, горячо, страстно. Ни с чем не считаясь, кроме цензуры, да и с ней считаясь плохо.
Не его вина, что часто истинно пушечные заряды ему приходилось тратить на воробьев.
Это был большой талант! Созданный вовсе не для провинции. Работай он в Париже, -- его имя гремело бы.
А в провинции... В Одессе... Где газета находится не под одной цензурой -- под десятью цензорами, где всякий над газетою цензор. Тут не расскачешься. Тут всякий Пегас скоро превратится в Росинанта.