Скажут:
-- Для восстановления доброго имени в глазах общества есть другие способы. Можно обратиться к другой гласности -- к газетам.
Но, благодаря "запертым дверям", он лишён этой возможности навсегда.
До суда Бантыш не мог оправдывать память своего сына чрез газеты, потому что это значило бы оглашать данные предварительного следствия, что законом для газет воспрещено.
После слушания дела при закрытых дверях он также не может обратиться к газетам, потому что оглашение обстоятельств, служивших предметом разбора при закрытых дверях, также воспрещено законом.
При таких ли условиях лишать убитого горем старика единственного удовлетворения?
Требование обвиняемого, чтоб его дело слушалось гласно, есть также требование законное и, кроме того, справедливое.
Русский суд, по законам нашим, в основе своей есть суд высоконравственный.
Не только суд, но и наказания, которые он налагает, имеют по закону целью не карать и казнить, но, по возможности, исправлять и возрождать преступника.
Человек, чувствующий за собой вину, может желать покаяния гласного, всенародного, исповеди в содеянном во всеуслышание. И несомненно, что момент такой исповеди, такого всенародного покаяния возродит и улучшит отягчённую грехом душу лучше, чем все исправительные наказания.