-- Это вы про трехъ Рандоллей говорите?
-- Совершенно вѣрно: папаша и два сынка. Это ихъ дѣло. У меня никакихъ сомнѣній на этотъ счетъ не имѣется. Двѣ недѣли тому назадъ они обстряпали дѣло въ Сайденгемѣ. Ихъ многіе видѣли, и примѣты вполнѣ сходятся. Рандолли обнаружили необычайное хладнокровіе. Два преступленія въ одной и той же мѣстности и въ такой короткій промежутокъ времени -- это удивительно, не правда ли? На этотъ разъ, надо полагать, мы ихъ повѣсимъ.
-- Стало-быть, сэръ Евстафій умеръ?
-- Да, они ему проломили голову его же собственной кочергой.
-- Кучеръ мнѣ сказалъ, что это сэръ Евстафій Бракенстолль.
-- Совершенно вѣрно; это одинъ изъ богатѣйшихъ людей Кента. Лэди Бракенстолль находится въ настоящую минуту въ будуарѣ. Бѣдная женщина! Ей пришлось пережить тяжелую драму. Когда я ее увидалъ, она была почти мертвая. Да лучше пойдемте къ ней. Вы ее увидите сами, и она разскажетъ вамъ все, какъ было. А потомъ мы изслѣдуемъ вмѣстѣ столовую.
У лэди Бракенстолль была далеко не заурядная наружность. Рѣдко мнѣ приходилось видѣть такое граціозное, женственное и прекрасное лицо. Она была блондинка съ голубыми глазами. Ея волосы были золотистаго цвѣта. Цвѣтъ ея лица былъ несомнѣнно безукоризненъ, но теперь, послѣ пережитыхъ волненій, она была блѣдна и разстроена. Страданія лэди Бракенстолль были не только нравственныя. На одномъ изъ глазъ виднѣлся огромный, темнокрасный, отвратительный синякъ, къ которому горничная, высокая женщина, суроваго вида, то и дѣло прикладывала компрессы изъ воды и уксуса. Лэди Бракенстолль лежала, утомленная, на диванѣ. При нашемъ входѣ она оживилась и окинула васъ любопытнымъ, внимательнымъ взоромъ. Было очевидно, что энергія, несмотря на ночную драму, все еще продолжала жить въ этомъ прекрасномъ созданіи.
-- Вѣдь я же вамъ все разсказала, мистеръ Гопкинсъ, произнесла она усталымъ голосомъ,-- неужели же вы не можете повторить того, что знаете, сами? Ну, хорошо, если вы это находите нужнымъ, я передамъ этимъ господамъ то, что случилось. Они уже были въ столовой?
-- Я нашелъ нужнымъ провести ихъ сперва къ вашему сіятельству.
-- Ахъ, я вамъ буду очень благодарна, если вы выясните это дѣло. Мнѣ прямо страшно даже подумать о томъ, что онъ все еще лежитъ тамъ.