-- О, нѣтъ! мы имѣетъ серьезныя основанія предполагать, что онъ раскаивается въ своемъ поступкѣ! Онъ видитъ самъ, что поступилъ необдуманно. Какъ для него, такъ и для насъ открытіе тайны ровно непріятно.
-- Но кому же въ такомъ случаѣ можетъ понадобиться опубликованіе этого письма? Вѣдь его и украли, конечно, чтобы опубликовать?
-- Здѣсь, мистеръ Гольмсъ, мы переходимъ въ область тонкостей международной политики. Взгляните на взаимныя отношенія державъ, и вы безъ труда поймете мотивъ преступленія. Европа представляетъ вооруженный лагерь. Два союза равной силы стоятъ другъ противъ друга. Великобританія поддерживаетъ нейтралитетъ. Представьте себѣ, что Великобританія вовлечена въ войну съ одной изъ этихъ политическихъ комбинацій. Этимъ самымъ другая комбинація получаетъ преобладаніе. Вы меня понимаете?
-- Понимаю очень хорошо. Противники автора письма похитили этотъ документъ для того, чтобы его поссорить съ Англіей?
-- Совершенно вѣрно.
-- И кому могло быть доставлено это письмо?
-- Конечно, правительству, въ интересахъ котораго дѣйствовалъ воръ, въ то время, какъ мы съ нами тутъ разговариваемъ, письмо, навѣрное, несется на океанскомъ пароходѣ по назначенію.
Трелонэй-Гоппъ опустилъ голову и громко простоналъ. Министръ-президентъ положилъ ему на плечо руку.
-- Что дѣлать, дорогой мой, съ вами случилось несчастіе! Осуждать васъ никто не будетъ. Вы приняли всѣ мѣры предосторожности... Итакъ, мистеръ Гольмсъ, я сообщилъ вамъ всѣ факты. Что вы намъ посовѣтуете?
Гольмсъ печально покачалъ головой.