У меня даже духъ захватило, а по спинѣ побѣжали мурашки. Гольмсъ говорилъ спокойнымъ, увѣреннымъ тономъ, и я сразу понялъ, что онъ не отступится отъ своего рѣшенія.
Мысли вихремъ закружились въ моей головѣ. Я живо представилъ себѣ Гольмса въ роли грабителя. Что можетъ выйти изъ этого? Понятно, что: насъ накроютъ, схватятъ и имя человѣка, проведшаго всю жизнь честно, будетъ опозорено навсегда. Бѣдный Гольмсъ! Онъ спасаетъ другихъ отъ ненавистнаго Мильвертона, а пожалуй и самъ-то попадется ему въ лапы.
И я не утерпѣлъ, чтобы не сказать:
-- Ради Бога, Гольмсъ, подумайте о томъ, что вы хотите дѣлать.
-- Я долго думалъ, хорошо думалъ объ этомъ дѣлѣ, дорогой товарищъ,-- отвѣтилъ онъ,-- вѣдь вы меня знаете, я наспѣхъ ничего не дѣлаю. Согласенъ, что я затѣваю слишкомъ смѣлое и, если хотите, опасное дѣло, но что же дѣлать, если иного выхода нѣтъ? Давайте-ка обсудимъ этотъ вопросъ какъ слѣдуетъ. Полагаю, вы согласны съ тѣмъ, что мое намѣреніе преступно только съ формальной стороны. Въ нравственномъ же отношеніи оно вполнѣ безукоризненно. Мы ограбимъ его только для того, чтобы отнять эту записную книжку. Вѣдь вы же хотѣли мнѣ тогда помочь въ этомъ.
Я подумалъ нѣсколько секундъ.
-- Да,-- сказалъ я,-- мы не совершимъ ничего безнравственнаго, если не возьмемъ у него ничего, кромѣ тѣхъ предметовъ, которыми онъ пользовался въ незаконныхъ цѣляхъ.
-- Совершенно вѣрно. Стало-быть, моя идея вполнѣ нравственна. Что насъ можетъ затруднять въ данномъ случаѣ, такъ это вопросъ нашей личной безопасности. Но развѣ можетъ толковать объ опасностяхъ порядочный человѣкъ, когда женщина обращается къ нему съ просьбой о помощи?
-- Но, вѣдь, вы себя ставите въ ложное положеніе!
-- Ну да, въ этомъ-то и заключается опасность, рискъ... Но какимъ инымъ способомъ я могу добыть эти письма? У бѣдной лэди Евы нѣтъ денегъ и нѣтъ родственниковъ, которымъ она могла бы повѣрить свою тайну. Завтра истекаетъ срокъ, назначенный Мильвертономъ. Если она не внесетъ денегъ, негодяй сдержитъ свое слово и погубитъ ее. Что-же мнѣ остается? Или я долженъ предоставить эту даму ея собственной судьбѣ; или сдѣлать послѣднюю попытку. Между нами, Ватсонъ, но я смотрю на это дѣло съ спортсменской точки зрѣнія. Между мной и Мильвертономъ началась своего рода дуэль. Вначалѣ, какъ вы видѣли, онъ одержалъ надо мной верхъ. Мое самолюбіе затронуто. Я буду биться за финишъ.