-- Профессоръ Корамъ, я выковалъ всѣ звенья моей логической цѣпи. Цѣпь эта крѣпка и неразрывна. Я не могу, правда, сказать, какую роль вы лично играли въ этомъ дѣлѣ, но это не бѣда; вы мнѣ скажете это сами, черезъ нѣсколько минуть. Пока же что, я воспроизведу передъ вами всю исторію, какъ она происходила. Слушайте, вчера утромъ въ вашъ кабинетъ вошла неизвѣстная мнѣ дама. Пришла она съ намѣреніемъ овладѣть документами, которые хранились у васъ въ бюро. Открыла она бюро своимъ ключомъ. Я видѣлъ вашъ ключъ. На немъ нѣтъ слѣдовъ отъ царапинъ, которыя мною замѣчены на замкѣ бюро. Отсюда я заключаю, что она не была вашей сообщницей и пришла къ вамъ въ домъ съ цѣлью васъ ограбить.
Профессоръ выпустилъ густой клубъ дыма и произнесъ:
-- Это очень интересно и поучительно. Что же вы имѣете сообщить еще? Разъ ужъ вы такъ хорошо прослѣдили эту даму, то, значитъ, можете намъ сказать и то, что случилось съ нею потомъ?
-- Постараюсь сдѣлать это. Во-первыхъ, эта дама была застигнута на мѣстѣ преступленія вашимъ секретаремъ, котораго она и убила ножомъ; я увѣренъ въ томъ, что преступленіе это было совершено безъ умысла. Просто несчастный случай: она пришла сюда безъ оружія, а убійцы приходятъ всегда вооруженные. Испугавшись своего поступка, она бросилась вонь изъ кабинета, но она очутилась въ совершенно безпомощномъ положеніи. Во время борьбы со Смитомъ она потеряла пенсію и поэтому различала предметы очень плохо: эта дама была очень близорука. Она бросилась бѣжать по корридору, воображая, что это тотъ же самый коррлдоръ, которымъ она пришла сюда. Оба корридора устланы циновкой, и ошибиться ей было легко. Она поняла свою ошибку слишкомъ поздно. Отступленіе было отрѣзано. Оставаться въ корридорѣ было также нельзя. Нужно было итти впередъ, и она пошла впередъ. Она поднялась по лѣстницѣ, отворила дверь и очутилась въ вашей комнатѣ.
Старикъ сидѣлъ съ разинутымъ ртомъ, дико глядя на Гольмса. На его выразительномъ лицѣ отражались изумленіе и страхъ. Онъ сдѣлалъ, однако, надъ собою усилія, пожалъ плечами и неискренно расхохотался.
-- Очень тонко, очень тонко, мистеръ Гольмсъ,-- сказалъ онъ,-- но только въ вашей великолѣпной теоріи есть одинъ пробѣлъ. Вчера я цѣлый день не выходилъ изъ своей спальни.
-- Я знаю это, профессоръ Корамъ.
-- Значитъ, вы хотите сказать, что я лежалъ на своей постели и не видалъ, какъ эта дама вошла въ комнату?
-- Я этого не говорилъ. Напротивъ, вы ее видѣли, узнали, разговаривали съ нею и помогли скрыться.
Профессоръ началъ пронзительно хохотать. Онъ всталъ съ кресла, глаза его сверкали, какъ угли.