-- Слышишь? слышишь?
Королев сел в розвальнях, поглядел на дверь.
Закричали "ура". Здесь же, совсем близко, были слышны удары конских копыт по земле, несколько раз крикнули винтовки, пулемет помер -- видно, задохнулся в кашле. Минут пять клокотали крики, треск, лошадиное ржанье -- потом смыло шум, ушел он куда-то далече, за скаты, где под ласкою звезд дремлют ржаные колосья. Звезды глядели в прореху крыши, милые да нездешние.
-- Кто такие, стрелять буду, -- сказал за стеною Ковалев громко, но не охально.
Два голоса ответили ему:
-- А ты кто таков?
-- Со звездой он.
-- А, леший! Ткни-ка его, Саша.
-- Зачем ткни? За шиворот возьмем.
-- Не стреляю! Не стреляю! -- крикнул Ковалев, раздался шум борьбы, не равной и не упорной. Аркадий Петрович бросился к двери, застучал в нее кулаками, занозив себе ребро ладони.