Выслушавъ это, я уже хотѣлъ, безъ особеннаго огорченія, швырнуть акціи куда попадется, но человѣкъ грубаго нрава пересмотрѣлъ ихъ вновь и сдѣлался чернѣе ночи. "А знаешь ты, что по этимъ бумагамъ тебѣ надо внести еще десять тысячъ?" сказалъ онъ сумрачно. "Послѣдняго взноса Оловянниковъ не успѣлъ совершить; пожалуй, еще сроки пропустишь".-- "Да какъ же вносить послѣдніе взносы, когда вся компанія идетъ къ бѣсу?" -- Это ужь твое дѣло, а коли хочешь меня послушаться, не вноси ни копѣйки".-- "Однако Оловянииковъ, завѣщая акціи, велѣлъ мнѣ насолить компаніи, въ случаѣ неудачи".-- "Удержавъ послѣдніе взносы, ты имъ насолишь какъ нельзя лучше". И мы простились; въ моей головѣ зрѣлъ планъ великолѣпнаго мщенія.
Я слѣпо вѣрилъ опытности Андрея Кондратьича и довѣріе мое вполнѣ оправдалось. По отзывамъ мастеровъ дѣла, компанія заготовленія конфектъ и кондитерскихъ припасовъ лежала на боку, хотя ея директора и правитель Биндеръ держали себя до крайности бодро. Они сильно разсчитывали на дополнительные взносы акціонеровъ, и были правы,-- слѣпая публика ничего не подозрѣвала, а такихъ зоркихъ мастеровъ, какъ Андрей Брандахлыстовъ, въ нашей столицѣ немного. Находились даже охотники купить мои акціи, правда съ большой сбавкой, но продать ихъ я считалъ дѣломъ непозволительнымъ: онѣ мнѣ не стоили ни гроша -- могъ ли я вовлекать въ бѣду людей болѣе меня довѣрчивыхъ? Хорошо обдумавъ все дѣло, я, въ одно прекрасное утро, намѣнялъ какъ можно болѣе сторублевыхъ депозитокъ, перевязалъ ихъ, по десяти, розовыми ленточками, запихалъ въ карманъ, въ другой карманъ сунулъ мои сто акцій и направилъ путь къ Васильевскому острову, въ контору господина Биндера, правителя дѣлъ знаменитой компаніи.
Читатель знаетъ, что такое контора акціонерныхъ правителей нѣмецкаго происхожденія. Чистая лѣстница, на двери мѣдная доска, величиной съ голландскій листъ бумаги, аппартаменты съ красивымъ видомъ на Неву, за конторками хлыщеватаго вида писцы въ пестрыхъ панталонахъ, а далѣе, въ задней комнатѣ, самъ Зевесъ, румяный, полный, съ ослѣпительно-бѣлыми воротничками погромнымъ брилліантомъ на пальцѣ. Биндеръ оказался именно такимъ Зевесомъ, его лицо цвѣло здоровьемъ, а брилліантъ на пальцѣ кидалъ яркіе лучи свѣта. Сперва онъ встрѣтилъ меня съ нѣкоторою надменностью, но когда я извлекъ изъ кармана тетрадь акцій и еще соблазнительнѣйшій фоліантъ депозитокъ, глаза Биндера заиграли не хуже брилліанта на его пальцѣ. Онъ подвинулъ мнѣ стулъ, съ чувствомъ отозвался о хорошей погодѣ и замѣтилъ:
-- Однако, вы едва не пропустили срока, всѣ взносы уже поступили. Дѣло наше идетъ, какъ по маслу -- повѣрите ли, до сей поры не отобьешься отъ вкладчиковъ!
-- А знаете ли, кротко сказалъ я, что мнѣ очень бы не желалось дѣлать дополнительнаго взноса. Коли дѣло такое золотое, то не хотите ли вы, господинъ Биндеръ, купить вотъ эти акціи и потомъ уже отъ себя внести что слѣдуетъ?
-- Этого нельзя, ласково отвѣтилъ Зевесъ, все-таки не спуская глазъ съ моихъ депозитокъ:-- будутъ еще говорить, что правитель дѣлъ хочетъ забрать себѣ всѣ несомнѣнныя выгоды. Я довольно награжденъ тѣмъ, что дѣло, мнѣ ввѣренное, идетъ блистательно!
"Ишь какой Сенека!" подумалъ я, и взялъ со стола свой фоліантъ кредитныхъ билетовъ.
-- Видите, господинъ Биндеръ, сказалъ я, уже громко: -- дѣла вашей компаніи могутъ идти какъ по маслу, только я то имъ нисколько не довѣряю. Не безвѣдомо мнѣ, что компаніею роздано множество безденежныхъ акцій, въ видѣ любезности, разнымъ вліятельнымъ особамъ, не безвѣдомо и то, что не одно предпріятіе, ведомое господиномъ Биндеромъ, уже окончилось результатами самыми печальными. Связка депозитокъ, которую я держу передъ вами, имѣетъ несомнѣнную пріятность, но знайте, что скорѣе я отдамъ ее первому нищему, первому забулдыгѣ, въ сію минуту слушающему органъ въ трактирѣ Золотой Якорь, скорѣе я сожгу ее передъ вами въ каминѣ, нежели внесу ее на дѣло, въ которомъ не вижу ничего благоразумнаго!
Биндера страшно покоробило, румянецъ исчезъ съ его щекъ, и самый брилліантъ какъ будно померкнулъ.
-- Вы въ заблужденіи, увѣряю васъ... началъ онъ съ усиліемъ.-- Вы лишаете себя...