-- Балъ, какъ балъ; у насъ худыхъ баловъ не бываетъ.
-- Ну, а кто, если дозволено будетъ такъ выразиться, состоялъ, такъ сказать, царицею бала?
-- Разныя были царицы, по вашему. Толстогубова графиня, урожденная княжна Чертопхаева, ифекту много произвела. И княгиня Чертопхаева-Буйносова всѣмъ взяла, даже большой фамильный брилліантъ надѣла. А по моему, передъ нашей княгининой племянницей, княжной Чертопхаевой, все пасовало.
-- Да помилуйте, Макаръ Парфентьичъ, эта княжна-то помнится мнѣ, совсѣмъ кривобокая!..
-- Глаза-то у васъ, должно быть, даромъ хлѣбъ ѣдятъ; да и гдѣ вамъ было, сударь вы мой, съ княжнами Чертопхаевыми встрѣчаться? Давайте-ка лучше вашего табачку -- бррр! ччччх!!! Ну ужь табачина! мертваго прохватитъ, я полагаю!
-- Кавалеры-то ноньче, началъ я опять:-- говорятъ, совсѣмъ плохи стали.
-- Что кавалеры? Извѣстно дрянь, неожиданно брякнулъ Макаръ Парфентьичъ.
-- Конечно, однако, кромѣ князей Чертопхаевыхъ и ихъ сродинковъ.
-- И князья наши плоховаты, и въ сродственникахъ ихъ толку не много, сурово перебилъ мудрый привратникъ.
-- Вы изумляете меня, Макаръ Парфентьичъ, сказалъ я съ нѣкоторой жосткостью:-- за вами не услѣдишь; то у васъ всѣ хороши и неприкосновенны, то у васъ все дрянь негодная. Сейчасъ вы меня распекли за княжну Чертопхаеву, а теперь сами хулите ея дѣтей и братьевъ. Ваше глубокомысліе мнѣ не по силамъ, потому прощайте покуда; авось на этихъ дняхъ вы будете любезнѣе.